Онлайн книга «Казачонок 1860. Том 1»
|
Мастер молча, нехотя, взял в руки первое ружье — то самое, что было у абрека. Осмотрел ствол, щелкнул курком, флегматично бросил на стол. Ничего не говоря, взял второе, что тоже от абреков досталось. — Хлам! Стволы в плохом состоянии, вон тут кремень битый. Три рубля за это, ну и четыре за это, больше никак. Потом принялся за третье — от Семена. Рассматривал его дольше, даже плеснул воды на полку и дунул в ствол, проверяя. — А это получше будет, заграничное, редкое. Лет двадцать ему, не меньше, но работа добрая. За него дам семь. Итого — четырнадцать целковых. Я кивнул, стараясь не показывать разочарования. Сумма, в общем-то, ожидаемая. Но хватит ли? — А что у вас насчет винтовок казнозарядных? — спросил я, задерживая дыхание. — И револьверов? Ежели есть. Старик хмыкнул, отложил костыль и, ковыляя, подошел к дальней стене. — Казнозарядные? Мал еще для таких игрушек, — проворчал он, но все же снял со стойки длинную винтовку. — Вот, к примеру, винтовка Дрейзе. Немчура такими вооружается. Патрон унитарный, бумажный. Стреляет шустро, да только наш брат ей не доверяет, да и не пользует, почитай. Капризная, чистить ее чуть ли не после каждого выстрела требуется, разбирая. И стоит… — он посмотрел на меня, оценивая толщину моего кошелька, — пятьдесят шесть рублей. А других и нет у меня, да и цены на них кусаются. Надо оно тебе, казачонок? Да и револьверы дешевле тридцати рублей не будут стоить. Поэтому подумай хорошенько! Я понял, что с моими капиталами нечегои думать о новом оружии. Решил, что оставлю себе ружье Семеныча, да припасы к нему возьму, а остальной хлам с абреков продам Игнату. Я взял со стола ружье Семеныча. — Ладно, тогда я одно оставлю, а эти два продам. — С умом поступаешь, парень. Глядишь, послужит тебе еще оно, а там, глядишь, и на винтовку с револьвером скопишь. Взял себе запас пороха — два фунта по пятьдесят пять копеек, свинца три прутка за сорок копеек, три дюжины пыжей за двенадцать копеек, пулелейку, масло для чистки. В общем, все, чтобы вообще было возможно пользоваться этим карамультуком. И еще крепкий охотничий нож в кожаных ножнах и прочный ремень. Приметил стоящий в углу кожаный ранец. Осмотрел его внимательно, довольно прочный и лямки удобные, это не какая-нибудь торба, а вещь. Сошлись на двух рублях. Я молча завернул свое ружье в холстину, сунул остатки денег в карман и вышел из лавки. После всех покупок осталось 23 рубля и сорок копеек. Не густо, конечно, но хоть что-то. В целом вроде для дороги все есть. Пора и в путь — почитай уже скоро полдень. Солнце стояло в зените, когда я вывел гнедую за околицу. Шумный Пятигорск оставался позади, а впереди лежала пыльная дорога на Волынскую. На прощание я оглянулся на город и мысленно пообещал вернуться. — Ну что, поехали, красавица! — похлопал я лошадь по шее. Первые версты пролетели незаметно. Дорога вилась меж холмов, то поднимаясь, то опускаясь в лощины. Я приноровился к ритму лошади, привыкая к седлу. Мысли возвращались к деду. Каков он, интересно? Жив ли старик? К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, я свернул с тракта к ручью — пора было дать отдых и себе, и лошади. Развьючив ее, я собрал хворост, но костра пока разжигать не стал — помнил наказ старика. Съел краюху хлеба с салом, запил водой из ручья. |