Книга Телохранитель Генсека. Том 1, страница 108 – Петр Алмазный

— Тогда мы не предположили, что было проведено внедрение субличности. Но нам повезло — нашлись свидетели, которые видели киргизского убийцу с незнакомцем. В кафе на набережной к исполнителю подсел человек, случайно попавший на глаза присутствующему там же художнику, у которого профессиональная память на лица. Этот рисунок сделал он, — Андропов указал на лист из папки. — А этот нарисовал по памяти товарищ Капитонов, у которого, как вы знаете, тоже фотографическая память. — И он указал на второй лист.

Я взял один портрет, Рябенко второй. Рассмотрев, положили оба рисунка рядом на стол, переглянулись. Техника рисунков была разной, поза, наклон головы тоже, но то, что это один и тот же человек, было понятно с первого взгляда. Самый заурядный человек, такие обычно не запоминаются. Правильные, но мелкие черты лица, в меру длинный нос, в меру полные губы, ровные брови над небольшими впалыми глазами. Единственная запоминающаяся деталь — это небольшой шрам, пересекающий правую бровь. Причем шрам присутствовал на обоих рисунках.

— Такой пройдет рядом, не обратишь внимания, — заметил Александр Яковлевич. — И все же, были об этом человеке хоть какие-то сведения?

— Нет, совершенно ничего, — ответил Андропов. — После убийства в Киргизии разослали ориентировки по всей стране. После того, как портреты подозреваемого появились в отделениях милиции, на вокзалах, в аэропортах, похожий человек был найден повешенным в электричке, стоящей в тупике на станции Чапаевск, в Куйбышевской области.

— Где Чапаевск, а где Чолпон Ата? — удивился я. — Сомневаюсь, что он приехал в Куйбышевскую область специально, чтобы повеситься. Скорее всего, в петлю засунули кого-то похожего, чтобы отвлечь внимание от реального преступника. А психиатров проверяли?

— Вы слишком торопитесь, Владимир Тимофеевич, — Андропов прошел к столу, сел напротив нас, на тот же стул, на котором недавно сидел Капитонов. — До глубокого обследования Рыжова мы даже неподозревали, что может быть применена техника внедрения ложной личности. Но сейчас этим уже занимаются. Все, кто владеет техниками гипноза, опрашиваются. Однако страна у нас большая, так что быстрых результатов не жду. Давайте продолжим разговор в комнате отдыха, — Юрий Владимирович встал и первый вышел из кабинета в смежное помещение.

Мы с генералом присоединились к нему. Расположились в креслах вокруг небольшого чайного столика. Я, как самый молодой и младший по званию, разлил чай по стаканам, отметив, что подстаканники мельхиоровые, солидные, без лишних деталей. Подвинул ближе вазочку с рафинадом и, бросив кусочек в чай, с удовольствием сделал глоток. Рябенко пил чай по-солдатски, вприкуску. Андропов посмотрел на нас, посетовав:

— Надо было сразу вас чаем напоить. Вечер у вас, насколько я знаю, был сложным. Но, вернемся к нашим баранам… Точнее — киргизам. Вы наверное в курсе, что КГБ готовит резерв молодых, перспективных руководителей? Так вот Ибраимов был одним из них. Более того, одним из немногих не подверженных национализму кадров. Так же случайно погибли при разных обстоятельствах — чаще в автомобильных катастрофах или в результате несчастных случаев — еще шесть человек из этого списка. Еще двое умерли чуть ранее. Тогда предположили пищевое отравление. Случайности? Нет. Диверсия? Скорее всего. И диверсия масштабная, направленная против будущего нашей страны. Отрицательный отбор и так идет, не будем это скрывать. В руководство пролезают не самые честные, умные и талантливые, а подхалимы, бездельники и очковтиратели. Кто нам противодействует, до сих пор непонятно. По каналам внешней разведки мы проверили спецслужбы нашего вероятного противника. Нигде нет информации о планировании и проведении подобной операции.