Книга Телохранитель Генсека. Том 4, страница 29 – Петр Алмазный

Потом в мыслях Джуны вдруг всплыл еще один интересный, знакомый мне, персонаж:

«Не успела сфотографировать, так надо было хотя бы часть побрякушек переложить Галке в сумку. Впрочем, нет, такое все равно замяли бы… Так-так, что же теперь делать? Надо быстро перевести стрелки на другого. Раз Яша Ювелир замутил всю эту тему, пусть сам и отдувается. Я сидеть из-за него не собираюсь».

Быстро соображала Джуна, а я удивился, насколько лексика ее мыслей отличается от тех слов, которыми она разговаривала вслух. Аристократка, царица снаружи, а внутри словно зечка — «перевести стрелки», «замутил»…

— Вам раньше приходилось видеть эти драгоценности? — следователь задавал формальные вопросы, рассчитанные больше на понятых.

— Да. Мне их отдали на хранение, — Джуна не стала запираться. — Но я видела только те, что в коробке со стеклянной крышкой. А закрытые футляры никогда не открывала и не знала, что внутри. Это же не мои вещи. Это имущество Якова Броншейна. Он попросил ненадолго сохранить эти вещи, а я без всякой корысти, по доброте душевной, оказала ему эту услугу.

— Повторите, пожалуйста, еще раз для протокола. Ктоименно отдал вам на хранение эти ювелирные изделия? Назовите фамилию, имя, отчество этого человека.

Джуна без всяких колебаний, даже словно обрадовавшись появившейся лазейке, повторила имя:

— Яков Бронштейн. Отчества его не знаю.

Следователь прокуратуры стал похож на служебную собаку, взявшую след. Яша давно уже был в разработке, но каждый раз, когда дело доходило до «горячего», хитрый еврей оказывался не при делах. Хотя чего удивляться, по соседству с его ломбардом имелось подпольное казино, в котором «расслабляются» очень непростые люди. Естественно, предупреждали о всех облавах, проверках и ревизиях.

Я направился к выходу. Следователь оставил оперов оформлять протоколы изъятия. Распорядился, чтобы доставили Джуну в КПЗ, а сам бегом метнулся следом за мной.

— Бронштейн давно уже в разработке, но все не было причины для серьезного обыска, а тут так подфартило, — следователь едва не потирал руки. — Коллекции черных бриллиантов в тайнике Джуны не обнаружили. Думаю, если сейчас максимально оперативно провести обыск у Бронштейна в ломбарде… Сделаем быстро, пока его снова никто не предупредил — наверняка успеем взять с поличным.

Прав был следователь и я решил поддержать его предложение.

С оперативниками, которые прибыли со мной с Лубянки, мы немедленно отправились на Архипова на автозаке. Автомобиль припарковали возле служебного входа в столовую. Оставив здесь двоих, я приказал брать всех, кто отсюда выйдет. Еще двоих поставил у подъезда, на который указали соседки с лавочки. Сам позвонил из автомата майору Трошину — старому «приятелю» Бронштейна, которого тот особо боялся.

Как раз подъехал следователь из прокуратуры, с новым ордером на обыск. Вместе мы прошли к подъезду, в котором находился ломбард.

Знакомая решетка, звонок. Сегодня Яша Ювелир не торопился открывать. Что ж, ждем…

— Будем взламывать, — громко сказал я. — Пусть подойдет участковый и слесарь из ЖЭКа.

— Не надо ломать двери, — послышался из темноты умоляющий голос Бронштейна.

Еврей, медленно передвигая ноги, кое-как одолел восемь ступеней из подвала и открыл засов.

— А нельзя ли вместо слесаря вызвать врача? — тут же попросил он. — Мне что-то очень и очень плохо. Что-то с сердцем и давление скачет, — он приложил руку к сердцу и весь скукожился, словно от боли.