Книга Телохранитель Генсека. Том 4, страница 101 – Петр Алмазный

«Как можно доверять Бобкову? Вот товарищ Черняев подтвердит, что этот чекист мог даже на всех нас компромат собирать. Такая уж натура… Кроме того, вдруг после задержания Бобков успел что-то рассказать? Да и вся эта история с инсультом очень мутная…»

«Да, там не совсем понятная ситуация. С ядом у него ничего не вышло, но почему сам чуть не умер после бокала шампанского? Медведев довел до медпункта, а потом сразу — инсульт и кома»

«Вот именно, что Медведев! Недооцениваете вы его, товарищи! Думаю, это не просто цепной пёс, а фигура покрупнее. Не удивлюсь, если даже советы раздает Брежневу. В последнее время его тень мне видится за многими изменениями…»

«Прекратите истерику! По Медведеву работаем»

«Да что вы там работаете⁈ Работники, нашлись! Косорукие-косоногие! Ничего сделать не можете!»

«Я дам вам парабеллум, Бовин. Сходите и застрелите сатрапа»… — и хохот, но тоже с нотками истерики.

— Да тут, я смотрю, вся верхушка международного отдела собралась, — заметил я, когда Удилов остановил запись.

— Вы правы, Владимир Тимофеевич. И нам предстоит эту верхушку хорошенько встряхнуть.

— Вадим Николаевич, самый страшный зверь — это крыса, которую загнали в угол. А здесь у нас целое крысиное гнездо. Понимаете, они уже чувствовали победу, почти держали ее в руках. Наверное, уже делили должности и решали как будут реформировать Союз. Считали себя хозяевами жизни. И вдруг такой удар. Потому их дальнейшие действия могут оказаться непредсказуемыми и даже неадекватными.

— Да, они боятся, но пока не считают, что их загнали в угол. Вот сейчас в разговор вступит ваш однофамилец. Медведев Вадим Андреевич. Он заместитель заведующего общим отделом ЦК КПСС. Черненко, в силу плохого самочувствия, буквально свалил на него половину своих обязанностей. И его участие в заговоре довольно интересно. Впрочем, сами послушайте. Дальше идет диалог Медведева с Анатолием Громыко.

Удилов снова включил магнитофон.

Голос младшего Громыко был красивым и мелодичным. Я слышал, что у него были прекрасные вокальные данные и большие способности к музыке. Он когда волновался, говорил в другой тональности, более высокой. Что сейчас и происходило.

«У нас ведь есть великолепно разработанный план. За исключением отдельных деталей, он до сих пор не потерял своей актуальности. Просто теперь нужно сосредоточиться на подготовке собственного кандидата на место генсека. Горбачев был у нас кандидатом номер два, так сказать, на вырост. Не получилось с ним, ну да и ладно. Думаю, вы понимаете, в каком направлении придется работать сейчас и кто из членов Политбюро нам наиболее подходит. Да, пока он ничего не знает, но не чужой ведь человек. В любом случае, не выдаст. Здесь основные усилия придется приложить именно мне…»

«Все-таки будем делать ставку на Андрея Андреевича?», — уточнил Бовин.

«Абсолютно правильно, мы это не раз проговаривали. И давайте не будем к этому снова возвращаться. Я беру на себя работу с отцом, а задача остальных — расчистить для него путь. Евгений Иванович, что вы можете сказать о здоровье вашего… и нашего пациента?»… — в голосе Громыко-младшего появились смешливые нотки.

«А что я могу сказать? Все в порядке. Сам удивляюсь, как за год с небольшим Брежнев из дряхлой развалины стал таким живчиком. Но мы что-нибудь придумаем. Тем более, что Медведева сейчас при нем нет, пошел на повышение»