Онлайн книга «Телохранитель Генсека. Том 5»
|
— Так это твои «предсказания» или реальная аналитика? — удивился Брежнев. — Очень уж здраво и логично все складывается, не в стиле невнятных пророчеств. Прав был Удилов на твой счет… — Я не могу объяснить методику, Леонид Ильич, — попытался я оправдаться и в очередной раз ускользнуть от прямого ответа на «паранормальную» тему. — Мы с Вадимом Николаевичем обсуждали этот вопрос, но понятнее не стало. В итоге решили не заниматься методологией, а работать с результатами. — Хорошо, — согласился Брежнев. — Если результаты правильные, то это действительно куда важнее, чем способ их получения. — А, кстати, да! — скепсис Рябенко сменился на более серьезное отношение к моим словам. — Помните историю с оплатой племенных «милиций»? Я не помню, как эти отряды называются на пушту, но суть та же. Племенное ополчение охраняет свой участок границы с Пакистаном. — Линия Дюранда, — уточнил я. — Граница совершенно условна, координаты только на карте, и пуштунские племена по договоренности с соплеменниками свободно перемещаются по обе стороны границы. — А с оплатой что? — Леонид Ильич заинтересованно слушал. — А с оплатой вот что было. За поддержание порядка Кабульские власти обычно платили небольшие суммы. В основном оружием, боеприпасами, иногда техникой. Также за охрану границы племенные ополчения по официальному договору служили в органах внутренних дел. То есть формально они как бы на службе. В семьдесят четвертом году правительство Дауда отказалось заключить соглашение с племенами и попыталось совместно с пакистанцами навести «порядок» на границе. Кончилось это плачевно. По сути очаг напряженности для обеих стран, а граница стала совершенно прозрачна — племена сняли с себя ответственность. В результате вези все, что хочешь. И ведь везут. В основном наркотики. Но также драгоценные камни — в Афганистане, как раз в Паншере самое крупное месторождение лазурита, там же изумруды и не только. Если американцам удастся втянуть Союз в военные действия, то поток контрабанды устремится через нашу страну. Будет сложнее охранять границы в Таджикистане, Туркмении, Узбекистане. Это очаг нестабильности у нас «в мягком подбрюшье» — как любят выражаться наши американские «друзья». «Таких друзей за х** да в музей», — подумал Рябенко, но вслух сказал более культурно: — С такими «друзьями» врагов не надо. Леонид Ильич некоторое время обдумывал ситуацию. Я не постеснялся влезть в его мысли — вопрос был слишком важный, чтобы деликатничать. «Рядом Иран. Там у шаха неизвестно что творится и чем закончится. Мохаммед Реза Пехлеви того гляди слетит с трона. Уже обращались за консультациями в наше посольство — с дальним „прицелом“. Если еще и Афганистан, то пожалуй, перебор будет…» Чтоб не перегнуть палку, я пока ничего не сказал о китайцах, решив оставить этот довод «на потом». Их в Афганистане не сильно много, но конфликт постоянный — и тоже по поводу границы. Яблоко раздора — Ваханский коридор, который ведет из основного Афганистана в Китай. Он плохо проходим, с одной стороны Памир, а с другой стороны Гиндукуш. Фактически большую часть Афганистана занимает горная страна Гиндукуш. А ведь Ваханский коридор выходит к стратегическому Каракорумскому шоссе, которое ведет в Пакистан. Китайцы до сих пор «точат зубы», мечтая восстановить южный отрезок Великого Шелкового пути, который проходит как раз по этому коридору. |