Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 77 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

Я заметил, что в данный момент Ярузельского интересовала персона не советского посла, а именно профессора Калиского, опоздавшего к началу торжеств. Вид у министра обороны был такой, словно он готовится к неприятному разговору. А Калиский в свою очередь, краем глаза уловив его приближение, чуть нахмурился. В тот же миг он развернулся спиной к Ярузельскому и, будто невзначай, склонился в мою сторону:

— Можно вас на секундочку? Пан… э-э-э… — обратился он ко мне.

— Просто Владимир, — подсказал я.

— Пан Владимир, помогите, если вам не сложно.

— К вашим услугам, товарищ… э-э-э… — я тоже изобразил, будто бы не узнаю его.

— Просто Сильвестр, — дружелюбно усмехнулся Калиский, копируя мой ответ. — Прошу, спасайте меня.

— От кого? — удивился я.

— Вон там, не оглядывайтесь только, приближается генерал Ярузельский. Я бы не хотел с ним общаться сегодня. Отвлеките его, пожалуйста, прошу.

Не тратя времени на лишние вопросы, я быстро направился в сторону Ярузельского.

— Товарищ генерал! — обратился к нему, дружески подхватив под локоть, но тем самым останавливая. — Разрешите выразить восхищение вашей недавней статьей в «Żołnierz Wolności».

Ярузельский остановился, посмотрел на меня с недоумением. Вторгнувшись в его мысли, я не понял нюансы, «звучавшие» по-польски, но уловил суть — генерал пытался вспомнить, кто я такой и почему веду себя с ним, как со старым знакомым.

— Вы читали мою статью? — удивился он.

— Конечно, — продолжал я уверенно. — Хоть и в переводе, но ваши формулировки очень понравились. Особенно рассуждения о роли армии в сохранении стабильности. У нас в Москве внимательно следят за вашими публикациями.

Ярузельский кивнул, морщины на его лице чуть разгладились. Мы еще поговорили о дисциплине в войсках, о совместных военных учениях, о перспективах обмена офицерами между ПНР и СССР. Разговор вышел почти дружеский, и генерал в конце концов принял меня за работника советского Министерства обороны. Но он так и не решился уточнить, с кем беседует. Ведь если я настолько уверен в нашем знакомстве, значит мы действительно раньше виделись.

Минут через пять-шесть Ярузельского перехватил другой чиновник, и генерал, честно сказать, был рад избавиться от меня. Я покрутил головой, ища взглядом Калиского, но его уже нигде не было.

На всякий случай я вышел в холл. И не ошибся, застав профессора возле гардеробной.

Он уже застегивал пальто и собирался уходить, но тоже заметил меня. Приветливо улыбнулся, сделав пару шагов навстречу.

— Дорогой мой новый друг Владимир, — сказал он негромко. — Вы меня выручили сегодня, потому я у вас в долгу. Завтра моя семья празднует юбилей. Сестре исполняется пятьдесят лет. Маленький праздник, ничего официального. Приходите, пожалуйста, если будет желание.

И он протянул мне приглашение в виде праздничной открытки с личной подписью.

Я кивнул спокойно, стараясь не показать лишних эмоций. Сегодняшний вечер прошел с гораздо лучшим результатом, чем я мог даже надеяться. Так скоро оказаться в кругу близких Сильвестра Калиского, на семейном торжестве — это настоящий подарок судьбы!

Но, думаю, не стоит обманываться на счет того, что это лишь желание пана министра отблагодарить меня за мелкую услугу с Ярузельским. Он умный и продуманный человек, опытный военный, а не только ученый. Мне кажется, у приглашения имеется «двойное дно» и я скоро сам узнаю, что еще от меня хочет пан Калиский.