Книга Телохранитель Генсека. Том 5, страница 2 – Петр Алмазный, Анджей Б., Юрий Шиляев

— Сейчас, пока знакомимся по-дружески, можешь неофициально. Но начнем работать — не вздумай забывать о субординации. Не на рыбалке все-таки, — строго сказал я. Не люблю изображать из себя начальника, но с этим ростовским великаном порой нужно вести себя именно так. Пока единственным недостатком, который я у него отмечал, было как раз-таки периодическое нарушение субординации и непонимание границ чужого личного пространства.

«Человек-невидимка» молча встал, поднял упавший на пол свитер своего разухабистого коллеги и повесил его на крючок. Только потом подошел, протянул руку и представился:

— Майор Карпов, Андрей Викторович.

— Тезки, значит? Я тоже Андрюха, — широко улыбнулся Соколов.

Карпов молча снял со стола сумку ростовчанина и поставил ее на пол.

— Э, пАгодь, тут гостинцы. Вам передал пАлковник Авруцкий, — Соколов снова водрузил сумку на стол, достал из нее сверток, развернул — и по кабинету поплыл запах копченой рыбы. — Кстати, вместе с сожалениями, что вы, Владимир Тимофеевич, так и не выбрались к нам на рыбалку.

— Чем это у вас здесь воняет? — вместо приветствия спросил вошедший в кабинет Даниил. Этого спеца прислал мне Удилов. Были сомнения, не присматривать ли за мной, но как бы там ни было — парень действительно большой спец по технической части. Я его уже видел в деле в Завидово на работе с прослушкой. А если что-то подозрительное проскользнет, я замечу. С телепатом-начальником не забалует.

— Не вАняет, а пахнет бАжественно! — ничуть не обидевшись, хохотнул Соколов, пожимая руку вошедшему.

— Старший лейтенант Даниил Злобин, — представился парень. — Технический эксперт.

— Мелковат ты для такой серьезной фамилии, — подколол коллегу Соколов. — И рюкзак крупноват для тебя. В поход собрался?

Да, деликатностью Соколов точно не отличается. Вон, Карпов уже который раз недовольно морщится после его реплик.

— Можете звать меня Данилой-мастером, как Владимир Тимофеевич. Я, в принципе, не против. А рюкзак с инструментами и приборами. Все свое ношу с собой, как говорится.

Даня прошел к свободному столу и тут же принялся выкладывать из рюкзака добро: шнуры, удлинители, переходники, большую редкость в эти времена — кнопочный телефон.

Следующие двое столкнулись в дверях, потом одновременно отступили, пропуская друг друга. Когда они, наконец, оказались внутри, Соколов присвистнул:

— Двое из ларца, Адинаковых с лица. Ребята, вы хоть бы Аделись по разному, или бирку какую на одежду прилепите, мы вас как различать будем? — Соколов говорил громко, раскатисто, упирая на «А». О том, что его шуточки могут быть для кого-то обидными, он даже не думал.

— Близнецы? Я казах, а он татарин, какие мы тебе близнецы? — на первый взгляд показалось, что новенький обиделся. Но я прочел его мысли — все нормально, ему и самому было смешно. А второй «близнец», втянув воздух, закатил глаза:

— Аромат великолепной копченой рыбки!

Этих парней я нашел, перечитывая личные дела, отобранные для меня Сухоруковым.

— Итак, все в сборе. Капитан Абдигазиз Абылгазиев, — представил я казаха, мысленно похвалив себя за то, что не споткнулся на сложном имени.

«Ничего себе, я этот Автоваз никогда не выговорю», — подумал Соколов.

Хорошо хоть, что вслух не ляпнул, — порадовался я. Но решил обязательно с ним поговорить, когда останемся наедине. А то перебарщивает уже парень с ростовским «юмором», так мы с ним не сработаемся.