Книга Эхо Древних, страница 157 – Анджей Б.

Шмель перевёл взгляд в сторону гигантской платформы. Показалось, что границы шатра слегка плывут, а полог дрожит, но, возможно, просто излишне разыгралось воображение. Приставная лестница, спущенная Томшей, всё ещё оставалась на месте.

- Шмелек, ты как? – вопрос застал врасплох, заставив вздрогнуть. Рядом стоял поистрепавшийся Бориш с огромным фингалом в половину заплывшего лица. Сосед находился в двух шагах, а его голос звучал словно бы издалека, из-за стены.

- С ушами что-то… - прохрипел в ответ Шмель, - и голова болит…

- Остальным ещё хуже, - почти невозмутимо кивнул Бориш. – Я что подумал…

Странный парень этот Бориш. Вечно рассуждает, предполагает, умничает и занудничает. Даже в таком месте, в такое время и в таком состоянии. Впрочем, а кто из штыряковцев не странный? Он сам, Шмель, разве не странный? Или Мишек, который окончательно сбрендил? Или одержимая войной Клюша? Вон она, кстати, тоже не упала, а хромая и опираясь на копье, идёт сюда.

- … потому у штыряковцев имеется защита от этой силы, - закончил Бориш фразу, начало которой Шмель пропустил мимо ушей. – Из-за этого альбинос приказывал огров шиш выкорчевать. И свой храм в деревне ставил, взращивал в яме какую-то гадину.

- Напрасно не сожгли, значит, - буркнул Шмель. – Я б сжёг. И Чапчика бы повесил. Жаль, что начальство иначе решило.

- Я о другом, - отмахнулся Бориш, - посмотри, кто на ногах остался. Видишь?

Сильно похудевший за последние месяцы толстяк обвел рукой раскинувшееся перед ними поле боя. Там и тут бродили по нему знакомые люди – все без исключения земляки, соседи-штыряковцы. Единственные, на кого магия засевшей в шатре твари не действовала в полную силу.

Приблизилась Клюша, смерила угрюмым взглядом, молча кивнула и, не останавливаясь, побрела дальше, в сторону возвышавшейся над всеми платформы. Шмель с Боришем переглянулись – и поняли друг друга без слов. Встряхнувшись, Бориш осторожно потрогал припухшее лицо и пошёл за Клюшей. Шмель, нагнувшись, подхватил с земли чужое копьё и двинул следом.

Подтянулись остальные штыряковцы. Собравшись вместе, сообща обсудили план действий. В шатёр решили не входить. Любопытно, конечно, заглянуть в глаза твари, принесшей всем столько бед. Но не факт, что у неё вообще есть глаза. Да и толку? К совести что ли взывать? А учитывая силу, с которой она тут всех положила, эту вот магию, от которой башка трещит, то лучше не рисковать.

Потому попросту забросали шатер кипами сена – неподалёку его нашёлся целый воз, дикари волов кормили. Добавили лесного валежника, заложили платформу и шатёр до самого верха – получилось знатно. И, помолясь священным звёздам, подожгли разом со всех сторон.

Погода сегодня стояла сухая – вспыхнуло за секунду. Налетевший ветерок раздул пламя – и вот оно, уже окрепнув, пахнуло жаром, загудело устрашающе, поднимаясь вверх выше самого шатра. Поначалу дыма почти не было – настолько сухим оказалось топливо. Позже, когда запылала черная ткань и каркас, непонятно из чего сделанный, воздух наполнился вонью паленого мяса и костей. Минутой позже перегоревший каркас шатра обвалился внутрь. Черный дым столбом устремился в небо.

Штыряковцы ждали криков прятавшегося внутри существа. Страшных или жалобных, хоть каких-нибудь. Эти звуки наверняка вызывали бы не жалость, а торжество и злую радость. Но, к всеобщей досаде, чудовище умирало безмолвно.