Книга СССР против НЛО, страница 25 – Анджей Б., Лев Светлов

В общем, заканчивать командировку нам было рановато. К тому же метафорический наш огонёк, как показывали приборы, разгорался неохотно. Видимо, метафорические дровишки были для него так себе. Оно и понятно: игра хоккей вовсю улетучивалась из этой реальности, владелец фокусного экземпляра (причём владелец уже бывший) об игре хоккей и думать забыл, а чтобы он уж точно о ней не вспомнил, в его жизнь внедрили отвлекающую электронную игру про мышь с яйцами… то есть… ну, вы поняли.

Изучив показания приборов сразу после подключения нашей ненаглядной блямбы, Федя сообщил, что всё совсем печально и огонь придётся, выражаясь опять же образно, усиленно раздувать губами. Нужно будет воскресить в памяти Серёги некогда горячо им любимую настольную игру, и тут мне придётся пустить в ход электронный гипноз и прочее подобное, а наши зелёные противники будут этому активно мешать. И нужно срочно избавиться от электронно-яичной напасти, а то Серёга не может от неё оторваться ни на минуту, какой уж тут хоккей. А потом… Но до потом было ещё далеко, а электронная мышь бегала на экранчике у Серёги под носом и показывала нам с Фёдором почти не метафорический язык. Или кукиш.

«У тебя есть идеи насчёт нашей мышиной проблемы?» — спросил я напарника.

«Как раз этим занимаюсь», — последовал ответ.

Я просидел ещё минут пять рядом с хрустящим кнопками Серёгой, покидать это место избегал — нельзя, вдруг инопланетяне затеют ещё какую-то подлянку. Потом в голове мелькнуло сообщение от Феди:

«Придумал, как нейтрализовать игру с мышью. Встречайте гостей».

Прозвучало это так бодренько, что я сразу насторожился.

«Встречайте гостей», — радостно сообщил Федя.

Увы, за время совместной работы я слишком хорошо изучил своего напарника, чтобы бросаться безоглядно разделять эту его радость.

«Давай-ка сюда изображение», — сказал я ему. А ещё попросил вкратце довести до меня суть задумки.

Вскоре моё виртуальное зрение приняло картинку. Параллельно Федя объяснял свою идею. Раз электронная игра японская, рассудил он, то пусть за ней и приезжают — японцы.

Плосколицые восточного вида фантомы подъехали ко двору Серёги и его родителей не в средневековой карете и не в беспилотном модуле, а в чёрном лимузине с дипломатическими номерами, и это обнадёживало. Флажки с красным кругом восходящего японского солнца трепетали на ветру, всё было красиво и солидно. Но потом из машины полезли те, кого мой напарник считал типичными японцами текущего исторического периода, и всё тут же стало плохо.

«Федя, ну что ты, блин, за человек?! — заорал я по нашей внутренней связи, очень при этом жалея, что связь в некотором роде беззвучна. — Немедленно исправляй! Переключай на меня, буду помогать».

Фёдор, надо отдать ему должное, знал свои слабые места, поэтому возражать не стал, пробурчал только: «Сам же говорил: срочно». Я поскорее взялся за дело. Расписные шёлковые кимоно на шагающих к калитке фигурах обратились в строгие костюмы, экзотичные причёски поменялись на более привычные для здешнего глаза, вместо самурайских мечей руки сжали зонты и портфели. Заметившая эти метаморфозы любопытная старушка из двора напротив внезапно вспомнила что-то срочное и поковыляла к себе в дом, а об удивительных заезжих азиатах и думать забыла. А двоим укутанным во всё чёрное ниндзя, что сунулись вслед за основной компанией, я велел залезть обратно в машину и не отсвечивать, а ещё лучше — поскорее развоплотиться.