Книга По прочтении сжечь, страница 75 – Роман Ким

Это произошло в 7:29.

Эллиот и Локкард следили за самолетами до тех пор, пока они не приблизились на 22 мили к Пёрл-Харбору. После этого вместо изображений на экране замелькали какие-то полосы, пунктиры и пятна – цель исчезла.

В течение целого часа радар Локкарда и Эллиота показывал японские самолеты, летевшие на Пёрл-Харбор. Но никаких мер не было принято, абсолютно никаких.

– Надо всех судить, – сказал Пейдж, – и вашингтонских, и местных командиров. За преступную беспечность.

– И вынести беспощадный приговор, – сказал Шривер, запихивая записную книжку в карман.

5

Во дворе школы сидели на скамейках и прямо на земле арестованные японцы. Среди них были дети, подростки и старухи. Всюду чемоданы, узлы, ящики – имущество, которое им разрешили взять с собой.

В углу двора соорудили отхожее место для арестованных – бамбуковые шесты с прибитыми к перекладине соломенными циновками. Оттуда шла нестерпимая вонь.

Возле большой бочки с водой посередине двора лежали вповалку на одеялах молоденькие девицы в одинаковых серых платьях.

– Телефонистки, – сказал Шривер. – У нас в Гонолулу большинство телефонисток японки; они знают и английский, и восточные языки. Многие из них уроженки Гавайев, никогда не были в Японии, американские подданные со дня рождения. Я сомневаюсь, что эти юные создания – шпионки и диверсантки, но местное Эф-Би-Ай уверено в том, что они состояли в «пятой колонне». У сотрудников Эф-Би-Ай так много работы сейчас, что им пришлось передать часть девочек мне.

– Надо заниматься настоящими врагами, – сказал Пейдж, – а не этими соплячками. Отпустите их домой.

Шривер развел руками:

– Из Вашингтона приказали интернировать всех японцев поголовно. Их родителей тоже схватили и отвезли в лагеря. Надо сделать так: для проформы допросить девочек, снять с них обвинение и перевести на положение обычных интернированных.

У входа в школу Шривера встретил лейтенант морской пехоты и бойко доложил:

– Чинов консульства поместили в классах на втором этаже, а Кита – в физическом кабинете. Он требует, чтобы ему дали японские консервы и чай. Грозится объявить голодовку.

– Дайте ему все, что он просит, кроме цианистого калия. Пусть лопает осьминогов и морских ежей сколько влезет. Мне надо установить с ним перед допросом хорошие отношения.

– А мне давайте Кюнов – папу и дочку, – сказал Пейдж. – Я им выложу свое мнение о Гитлере и Геббельсе.

– Прошу вас, сперва займитесь девочками. – Шривер улыбнулся. Допросите их всех вместе, пусть отвечают хором, нараспев, составьте подобие протокола, накормите сосисками и мармеладом, и мы отправим их в парк Моаналуа. Там лагерь для интернированных. Оттуда через справочное бюро они разыщут своих мамаш.

Уайт вызвался допросить Локкарда и Эллиота и записать их показания.

– Ладно, но сперва займитесь поисками Акино и студентки. – Шривер подозвал сержанта морской пехоты. – Зигмунд, поедете со старшим лейтенантом Уайтом, выполняйте его приказания, как мои. Проверьте личное оружие.

– А как мы будем искать Акино? – спросил Уайт. – С чего начать?

– Сержант Зигмунд Астемборский в курсе дела. Садитесь в машину, побывайте во всех местах, где собраны японцы, и проверьте списки. – Шривер положил руку Уайту на плечо. – Я искал Марико во всех списках и не нашел. А мы ведь взяли под стражу почти всех японцев. Очень боюсь за ее судьбу. Надо быть готовым к худшему.