Онлайн книга «Принцесса в Бодунах»
|
Мне кажется, даже его стоящая рядом тележка приосанивается от столь неприкрытого восхищения в голосе Галины. Сам же Сморчок выдвигает подбородок и довольно хмыкает. Дескать, дамы, вам придется побороться за самца. — Ты же собиралась пораньше спать лечь, — сощуривает глаза Кристина Ивановна. — А я и легла, — не сводя глаз с Георгия, обворожительно улыбается соседка, — Легла, а на сердце не спокойно. Кладет ладонь на грудь и недвусмысленно сжимает ее. Сморчок тяжело сглатывает. — Стучит... бах, бах... Даже жарко стало... — Это сахар подскочил, — говорит Кристина Ивановна. — Думаю, выйти надо... — продолжает соседка, не обращаяна нее ни малейшего внимания, — Сердце зовет на улицу. — Иди выпей таблетку и ложись спать. Не то давление подскочит. Галина словно не видит и не слышит свою закадычную подругу и все ближе подбирается к Сморчку. — Гоша... у меня кран в огороде подтекает... Не посмотришь? — Не посмотрит! — цедит Кристина Ивановна, наступая на нее. — Гоша?.. — Я?.. — несчастный Георгий, не на шутку напуганный вниманием женщин, делает шаг назад и, споткнувшись о колесо тележки, едва не падает, — Я... — Что ты пристала к человеку?! — срывается на крик Кристина Ивановна, — Он и без тебя все дни в делах! Дай ты ему отдохнуть!.. — А я и дам!.. Ясно тебе?! Дам!.. Отдохнуть... Сморчок потерянно озирается и вдруг хватается за живот. — Бля-а-а-а... — Что?!.. — восклицает Галина, — Что с тобой, Гоша?.. — Ой, бляха — муха!.. Я энто... пошел я!.. Хватается за ручки тележки и, быстро крутанувшись с ней на месте, вприпрыжку бежит через дорогу. Даже не замечая меня, врывается во двор и несется за дом. Не на шутку перепуганная, я тоже срываюсь с места и лечу за ним. Вижу только, как его клетчатая рубашка на миг мелькает в сумерках, а затем дверь деревянного туалета с грохотом захлопывается. Господи!.. Неужели и правда живот заболел?! С улицы все еще доносится ругань соседок, а я сажусь на сложенные в стопку доски и принимаюсь ждать. Вдруг ему нужна помощь! Наконец, спустя несколько минут дверь клозета со скрипом открывается и из него выходит съежившийся Сморчок. Бледный и будто вмиг постаревший, он все еще держится за живот и смотрит на меня больным взглядом. — Су-у-у-ка!.. — Я?! — шалею от несправедливого оскорбления. — Да при чем тут ты?.. — с трудом переставляя ноги, добирается до стопки досок и присаживается в нескольких метрах от меня, — Валя, чтоб ее черти съели!.. Гадина, всю жихнь мне изломала! — Бабушка Валентина?! Что она сделала?! — Порчу на меня навела... На понос, как только ко мне другая женщина приблизится. — Серьезно? — подавляю усмешку, — Разве бывают такие порчи. — У нее какие хошь бывают, — злобно буркает старичок, — Я же слышал, как она шептала мне в спину: «Чтоб твое засрало, тебя всего обосрало»... — Да она в шутку! — улыбаюсь я, — Зачем ей наводить на вас порчу?.. — Много ты понимаешь, — говоритон и вдруг снова хватается за живот, — Ведьма старая!.. Гореть тебе в аду! Соскакивает с досок и, согнувшись в три погибели и часто перебирая кривыми ногами, снова бежит в туалет. — Боже!.. У меня же есть средство! Срываюсь с места и несусь в дом. Только бы вспомнить, куда я его положила! Влетаю в нашу с Антоном комнату и, остановившись, принимаюсь копаться в памяти. В итоге нахожу мешочек с порошком в косметичке с солнцезащитным кремом, мицеляркой и прочей фигней, о которой я тут напрочь позабыла. Зажимаю его в кулаке и бегу назад. |