Книга Хозяин. Барин, страница 54 – Виктория Волкова

Ночные дежурства, на скорой и в приемном покое. Я тогда обо всем забыла. Приходила домой и спать валилась.

Никита меня как друг поддерживал. А примерно через месяц ухаживать начал. Потом замуж позвал. Я и согласилась.

Сашу не вернешь, а жить дальше надо…

— А как зовут эту лошадку? — спрашивает Антона моя дочка.

— Как хочешь, так и называй, — предлагает тот с улыбкой.

— Тогда Мавуся! — радостно восклицает Анечка и обнимает обеими ручонками деревянную шею.

— Почему Маруся? — недоуменно смотрит на нее Антон.

— Яиц нет. Детка правильно назвала, — смеется Юра. И легонько хлопает меня по руке. — Лида, ты теперь наша, своя. Стеше я другую сиделку найду. Да и Славка с ней. А ты давай переселяйся в любую комнату в этом доме, — обводит взглядом кабинет. — Ты — наша гостья. И мы с братьями очень этому рады. Добро пожаловать в семью, девочка, — наклоняется ко мне. Клюет в щеку легким поцелуем.

— А как же Стеша? — все еще не верю в происходящее. Тут мой дом? Правда?

— Стефанию нужно в клинику отправить. И чем скорее, тем лучше, — морщится Басаргин. Дескать, я вам уже забодался говорить одно и то же.

— Миха, прав, — не убирает ладонь с моего плеча Юра. — Я узнавал… Под Питероместь хорошая клиника. Отправим туда Стеху, Славке квартиру снимем рядом. И сами наезжать будем…

— Стеша меня терпеть не может. Сегодня очнулась, увидела меня, скривилась. А Слава приехал, велела выйти…

— Это еще мягко сказано, Юран. Что-то Мышь вразнос пошла, — лениво тянет от двери Антон. — Далеко и надолго Лиду послала.

— Разберемся, — мрачнеет Лютов. — Больше такого не повторится, Лида, — поднимается на ноги. — Я поговорю с дочерью. И от себя хочу принести тебе самые искренние извинения.

— Спасибо. Хорошо, — склоняю голову, пытаясь не разреветься.

Юра, как о Саше узнал, вежливым стал, обходительным. А так… Будь я простой сиделкой без прав и зарплаты… Кто бы со мной церемонился?

«Прекрати, — обрываю собственное нытье. — Он для тебя Анечку выкрал. Рисковал. Жить в своем доме предложил. Будь благодарна».

— Устала? Сейчас поешь, сил прибавится, — легонько касается моей спины Юра по дороге в столовую. Рядом Анечка приплясывает, радуется. Напевает что-то.

Да и мне самой до потолка прыгать хочется. Дочка со мной! И это главное. Остальное потом приложится. Лишь бы Никита не пошел в наступление.

«Но тут ему до меня не добраться», — оглядываюсь по сторонам.

В холле дежурит охрана, за окном тоже видны вооруженные ребята. Мы с Анечкой тут в полной безопасности.

«Я отработаю… Отблагодарю… Стефанию постараюсь на ноги поставить», — задыхаюсь от волнения.

— Лида, ты гостья в моем доме, — словно прочитав мои мысли, говорит Юра. — Я почту за честь принимать тебя и Анечку в своем доме, — начинает он пафосно и сбивается. — Короче, не бойся ничего. Я этому гаду за тебя, за Аньку по башке настучу. Будет знать… — осекается на полуслове.

— Что? — поднимаю на него глаза. Сердце перестает биться. — Что, Юрий Дмитриевич? — останавливаюсь, сбиваясь с шага.

— Да ничего. Гондон он, — морщится недовольно Лютов и добавляет словно через силу. — Прошу прощения.

А у меня эйфория сменяется ужасом. Я же Никиту за нормального держала. До сих пор в голове не укладываются его выходки. Специально через весь город поехать на кладбище. И там осквернить могилу человека, который о тебе даже не знал.