Книга Запретная страсть мажора, страница 71 – Саша Кей

Только мне от этого не легче.

Именинницу я не знаю, и, честно говоря, знакомиться мне не очень хочется. Родители будут заняты. Я тут пятое колесо у телеги.

Хорошо, что тут будет Сашка. Он недаст мне зачахнуть окончательно.

Провернем его аферу, а через два часа позвоню Киру.

Мне уже официально дали добро свалить около восьми.

Лавируя между тачками гостей, охранниками и полицейскими мы пробираемся в этот почти особняк. Отстояв свою пятиминутку возле родителей, пока те здороваются с хозяином дома, я линяю подальше от них с целью набрать Сашку. Он уже должен быть где-то здесь.

Встаю у окна и ёжусь. Богатый дом, называется. Створки закрыты, а сквозняк шпарит так, что у меня соски вот-вот пробьют ткань шифонового платья. Или тут положено даже дома в соболях ходить?

Пока роюсь в мелком клатче, чтобы подцепить мобильник, меня не покидает ощущение, что на меня кто-то пялится. Верчу головой, но никого знакомого не замечаю, да и всем, в общем-то, не до меня. А чувство не пропадает. Оно назойливо свербит между бровей.

Снова оглядываюсь и, наконец, замечаю Сашку, который разговаривает с каким-то парнем, который больше похож на борца, чем на мажора, несмотря на свой костюм.

Сашка тоже в костюме. Впервые на моей памяти. Надо же, выглядит шикарно. Молодой Джеймс Бонд, или кто там так крут, что пьет водку с мартини?

Машу другу рукой, и он меня засекает. Попрощавшись с приятелем, Саша идет ко мне, только вот ощущение пристального взгляда не пропадает, но я списываю это на эффект толпы.

– Отлично выглядишь, – хвалю я друга.

– И ты ничего, – хмыкает он, облокачиваясь на подоконник рядом со мной.

– Ну, сейчас ты расколешься, кто она? – тыкаю его пальцем под ребра.

Совершенно напрасно. Скорее, палец погнешь, чем пробьешь эти мускулы.

– Вон, – Сашка не гляди кивает в сторону, где стоит вице-губер со своей супругой и кислой девицей лет восемнадцати.

– Его дочь? – офигиваю я.

– Да. Короче, все сложно, – легкомысленно отвечает он, но я по голосу понимаю, что все действительно непросто.

Девица, кстати, косится на нас. Пристально не следит вроде, но нет-нет, да и бросит взгляд на нас. И я ей явно не нравлюсь. Похожим взглядом Дикаев смотрел на Сашку. Она его ревнует?

У нас тут собака на сене? И сам не ам, и другим не дам?

Но красивая. Сказать нечего.

– У тебя губа не дура, – признаю я, разглядывая в ответ именинницу.

Отвернувшись к окну, Сашка только демонстративно поправляет оборку на моем плече.

О! Она поджимаетгубы и отворачивается. Может, и выгорит что-то у Сашки.

Я оборачиваюсь к нему, чтобы подбодрить, но мой взгляд застревает на зрелище в окне.

Знакомая мне машина паркуется возле ворот.

Дикаев выходит из салона и лениво обходит тачку.

Вот же! Как он меня вычислил?

Стоп.

Он открывает дверцу пассажирского сиденья и подает руку… Лине.

Бедный несчастный Дикаев.

Весь больной и брошенный.

Дома сидит, тоскует, ждет моего звонка.

Козел.

Не пойму даже, злюсь я или разочарована. Если бы не то, что произошло вчера, я бы сказала, что все ожидаемо. А теперь я смотрю в окно на то, как Лина подхватывает Кира под руку, прижимается к нему, и у меня перед глазами все плывет.

Дикий наклоняется к ней, и она целует его в щеку.

Грудь стискивает стальным обручем.

Недолго музыка играла.

Как ни крути, а полоски на тигре никуда не денутся.