Книга По праву сильного, страница 69 – Саша Кей

Она бы, наверное, предпочла, чтобы я ехала к Арзамасову. С маминой точки зрения он — это предел мечтаний, мама уже пару раз заводила разговор о Константине.

Нет, определенно, Арзамасов — интересный вариант, но для меня ли?

— Мам, как я выгляжу? — напряженно спрашиваю я.

Не для того, чтобы быть уверенной, что понравлюсь Гордееву, мне просто нужно знать.

— Очень мило. Ты симпатичная девушка, — тут же отзывается мама, как мне кажется, даже толком меня не разглядывая. Вроде как подбодрила.

Еще один парадокс. Мы и близких на самом деле не замечаем. Это не равнодушие, а привычка. Я вот, например, и подумать не могла, что мой совершенно обычный брат станет для кого-то героем и самым лучшим мужчиной. Жену практически уведет из семьи. Я в нем такой решительности даже и не подозревала.

Что-то меня тянет на психологию сегодня. Не туда учиться, что ли, пошла?

Бросив последний взгляд на свое отражение, я под звук рингтона выхожу из квартиры.

Я больше не хочу ничего среднего и наполовину, и ничего сглаживать тоже не хочу. До сглаживалась уже, получила то, что получила.

С этого момента только конкретика.

Я — двадцатидвухлетняя длинноволосая натуральная блондинка с серыми глазами и пухлыми губами. Рост — сто шестьдесят три. Стройная. С красивой грудью и длинными ногами. Я привлекательная девушка.

И если Арзамасов меня добьется, значит, меня получит, но я больше никому не достанусь просто так.

А Гордеев останется за пределами моего ежедневного опыта. Воспоминанием на периферии. Было и прошло.

— Ксюш, — окликает менямама, закрывающая за мной дверь, когда я уже спускаюсь на пролет вниз.

— А? — я оглядываюсь на нее.

— Ты сегодня очень красивая, — осторожно говорит мама, будто разрешая себе похвалить дочь. — Необычная.

— Спасибо, мам.

Я сбегаю по ступеням с мыслями, что сегодня состоится финал одного из этапов моей жизни. Я верну себе прежнюю жизнь, но не прежнюю шкурку. Больше никто не будет решать за меня.

Выхожу из подъезда и вижу курящего возле машины Гордеева.

Он выглядит таким, каким я помню его в первую встречу. Будто бы он снова надел свою броню. Холодный, чужой, опасный, равнодушный. Ящер с парализующим взглядом.

— Садись, — бросает он, не став упрекать меня в проигнорированных звонках, и занимает водительское место.

Не говоря ни слова, я присоединяюсь.

Пришло время отработки.

Мы еще посмотрим, кто получит сегодня больше.

А потом я вычеркну тебя из жизни. Как и ты меня.

Сегодня Гордеев везет меня сразу в тот дом.

Видимо, во избежание повторения прошлого раза.

В доме никого. Опять всех выгнал. Слышу затихающий лай собак снаружи.

К моему удивлению Гордеев не поднимается на второй этаж, а проходит мимо меня на кухню. Звяканье ключей говорит о том, что он по привычке бросает их на стол. Хлопает дверца шкафчика.

Иду вслед за Денисом, по дороге вешая пальто на рогатую вешалку.

— Ужин? — спрашивает он, наливая себе вискаря в низкий широкий стакан. Удивительно обыденно все выходит.

— Я не голодна, — забираю стакан из его пальцев, и отпиваю.

Гадость не лучше коньяке, честное слово. И в горле першит, и удовольствия никакого. Однако, теперь этот напиток у меня четко ассоциируется в Гордеевым. Мне даже нравится, когда от него пахнет виски. Наверное, потому что я никогда не видела его пьяным.