Книга Эксклюзивные права на тело, страница 89 – Саша Кей

— Я сама. Выйди. Пожалуйста.

Я вовсе не хочу грубить, но, похоже, Корельский воспринимает мою просьбу не очень благосклонно. Шумно выдохнув, он выходит из ванной, дверь закрывает без хлопка, но я вздрагиваю.

Почти уверена, что Яр не ушел к себе, а ждет меня в комнате.

На минутку прибавив холодную воду, я прогоняю вязкое мутное состояние, в которое меня загнали слезы, растираюсь полотенцем, шипя, когда задеваю ранки на ногах, и обрабатываю их перекисью из аптечки.

По большому счету я легко отделалась. Даже пластырем стоит залепить только в одном месте.

Напяливаю махровый халат, чувствуя себя в нем, как в коконе.

А вот тапочки я не догадалась взять с собой, но они ждут меня за порогом.

Кое-кто в отличие от меня об это подумал.

Я оказываюсь права. Яр лежит поперек кровати, заслонив глаза рукой, и когда я появляюсь, он садится:

— Тебе что-нибудь нужно?

Неопределенно пожимаю плечами.

Чтобы все стало, как прежде? Чтобы ничего этого не было? Ни Зинина, ни Антона Владимировича, ни этой Ольги…

Теперь мне кажется, что проблемы, которые меня волновали раньше, вроде затянувшейся девственности, выеденного яйца не стоят.

Единственный плюс стрессов последних дней — это реальная помощь Свете.

Надо же. Она кричала на Яра, моя спокойная и женственная сестра, никогда не поднимающая голоса.

— Так значит у меня в телефоне стоял маячок? — выцепляю я однуиз хаотично блуждающих в голове мыслей.

Ярослав ощутимо напрягается. Губы его упрямо сжимаются.

— Да.

И как бы он дает понять, что не видит в этом проблемы.

В свете произошедшего я нахожу, что подобная штука — не такая уж плохая идея, но ведь можно же было это со мной обсудить? Или… он поставил его намного раньше?

Вся моя жизнь теперь выглядит со всем по-другому.

И сегодняшнее появление отца… на самом деле, это выбило меня из колеи не меньше самого похищения.

— Чей еще маячок у меня есть? Измайлова? — я сажусь в кресло прямо поверх сарафана, который теперь вряд ли надену еще хотя бы раз.

— Только мои, — Яр следит за мной настороженно, будто я могу сейчас выкинуть все, что угодно. В чем-то он прав, узнай я об очередной слежке при других обстоятельствах, точно закатила бы скандал, но сейчас я слишком опустошена. Чересчур сильно перенервничала и теперь ощущаю равнодушное отупение.

Мои. Не мой.

Ясно.

— Каким образом тогда Измайлов оказался вместе с тобой? Это ты ему сказал?

— Нет. Он был у Ящера. Виктору Валентиновичу не поздоровится. Измайлов был одним из тех, кто его продвигал.

Господи. Это не мой мир. Как я оказалась во все это впутана?

Это Корельскому подобная среда роднее, чем костюм бизнесмена. Я же всегда старалась держаться от подобного подальше.

Меньше чем за неделю моя жизнь буквально пошла под откос. Я не уверена в своем завтрашнем дне. И еще эта ситуация с данными, которые были слиты у Зинина. Ярослав обещал, что уже сегодня все будут знать, что именно он контролирует эту информацию и охота на меня прекратится.

— Скажи, — я устало прикрываю пекущие после слез глаза, — почему ты все сделал так? Почему ты просто со мной не познакомился? Не попытался ухаживать? Зачем эта жуткая ситуация с подставой?

— Я собирался поступить не совсем так… — тяжело вздыхает Ярослав. — Я просто планировал спровоцировать Зинина, чтобы он прислал тебя стащить данные, но на яхте ты была слишком близко, у меня поехала крыша, и я не устоял. Мне надоело только смотреть, я хотел прикоснуться.