Книга Кармен. Комсомол-сюита, страница 84 – Зоя Орлова

— Ну да! Я был в сборной от МАИ, а ты, кажется от… МГУ, точно, — радостно говорил он. — Не помнишь меня, конечно, а я-то тебя запомнил. Такую яркую девушку невозможно не запомнить.

Я оживилась. Надо же, знакомая душа из моей студенческой жизни! Во время учебы на журфаке я участвовала в нескольких спортивных мероприятиях, в составе сборных команд от факультета и от вуза. И только мы с Михаилом начали вспоминать спортивные подвиги, как в кухню, которая моментально стала ужасно тесной, ввалился Лешка, «кривой», как турецкая шашка, и злой, как черт. Он схватил меня за руку и потянул в коридор.

— Нам пора! — рявкнулон и засопел.

Женя кинулась уговаривать, что, мол, рано еще, время детское, так хорошо общаемся, зачем уходить. Но я видела, что Алексей не просто пьян, он, того гляди, полезет в драку. И решила, что будет лучше для всех, если мы с ним сейчас выйдем на улицу и пройдемся по холодку. Я торопливо попрощалась со всей честной компанией за себя и за Алексея, и вышла из подъезда, крепко держа его за руку.

— Чего он там тебе наплел? — ревел Леха над моей головой. — Он тебя лапал?

— Мне не нравится твой тон, — ответила я. — Никто никого не лапал.

— Ой-ой-ой… Какие мы нежные… Тон ей не нравится, — пьяно бурчал он.

Я начала злиться. Бросила его руку, остановилась и посмотрела в его покрасневшую физиономию.

— Я потеряла интерес к этому разговору, — произнесла я с расстановкой. — Иди домой и проспись, Блинов. Поговорим, когда будешь трезвый.

Он стоял, шатаясь, нависая надо мной темной тучей. Я не стала больше ничего говорить, рассмотрела впереди остановку трамвая и пошла туда. Уже с остановки оглянулась, Алексей шел обратно к дому, из которого мы только что ушли. Я мысленно плюнула и чертыхнулась. Какого Диккенса? Еще не хватало мне пьяных разборок в гостях. Ненавижу такое! Я села в подошедший трамвай и поехала домой. Настроение испортилось.

* * *

На следующий день Алексей не позвонил. Я тоже не стала звонить ему, из принципа. Я была зла на него и могла бы наговорить резких слов, а потом бы пожалела, что не сдержалась. Так что, может, и к лучшему. Зато до меня в заводской редакции дозвонилась Женя. После обмена дежурными любезностями, она спросила:

— Ты как, не обиделась?

— На что? — не поняла я. — Все было хорошо. Надеюсь, после нашего ухода никто не расстроился?

— А ты не в курсе? — удивилась она.

— В смысле? Я что-то пропустила? — Гаденькое чувство беспокойства шевельнулось внутри.

Женя помолчала, видимо, взвешивала, стоит ли продолжать, и наконец сказала:

— Алексей устроил драку с Михаилом.

Наверное, она ожидала, что я начну охать, оправдываться и извиняться. А у меня включился режим «журналист».

— Чем кончилось? Кто кому навалял? — по-деловому спросила я, словно опрашивала очевидца на улице.

— Оба получили, — ответила Женя с каким-то недоумением в голосе.

— Кто вызвал милицию? — продолжала я. — Пришлось ли обращатьсяза помощью к медикам?

— Нет, ребята сказали, что врача не надо. А в милицию никто не звонил, мы их сами растащили. Но виноват твой Алексей.

Почему-то меня это не удивило.

— Как мне найти Михаила? — все также невозмутимо продолжала я. — У тебя есть его контакты?

Женя продиктовала мне его рабочий телефон.

— У него домашнего нет. А что ты хочешь у него узнать? — В ее голосе я услышала острое любопытство.