Книга Выше только небо, страница 3 – Риз Боуэн

– Извините, у вас нет опыта. Попытайте счастья где-нибудь в другом месте.

– Подождите минутку, – быстро заговорила Джози. – По крайней мере, дайте мне шанс. Кто вам требуется – официантка или кухарка?

– И то и другое, всего понемногу. Мои старые ноги уже не так проворны. К тому же я быстро устаю.

– Знаете, муж ничуть не жаловался на мою стряпню. Особенно когда дело касалось тортов и пирогов. А уж по части булочек мне нет равных. Стэн так и говорит: ничего вкуснее не пробовал.

Хозяйка вздохнула. Вздох получился тяжелым, все три ее подбородка заходили ходуном.

– По нынешним временам нам не часто приходится печь булочки. Ни муки, ни сахара, не говоря уж о масле и яйцах. Обходимся без выпечки. Однако вы только что выдали себя с головой, моя дорогая, своим «ничуть не жаловался». Такие просторечные выражения вряд ли понравятся моим посетителям – людям с утонченным вкусом.

– Где, на Майл-Энд-роуд? – Джози рассмеялась. – Да бросьте! Бьюсь об заклад, в радиусе пяти миль нет ни одного человека с утонченным вкусом. Но я попытаюсь научиться изысканным манерам. Я вообще быстро учусь. Если же вы не хотите, чтобы я попадалась на глаза вашим посетителям, запихните меня подальше на кухню и поручите работу посудомойки.

В глазах женщины появился интерес.

– Почему вы так хотите работать у меня? – спросила она. – Сейчас война, рабочих рук везде не хватает. Вы могли бы поступить на государственную службу: в Женский трудовой корпус, например. Там у них дел невпроворот.

Джози окинула взглядом уютную комнату.

– Мне нравятся красивые вещи. Я смотрю, у вас костяной фарфор от «Роял Альберт»? – добавила она.

– Откуда такой, как вы, известно о фарфоре «Роял Альберт»? – удивилась хозяйка.

– Возможно, я не могу позволить себе хорошие вещи, но это не означает, что мне о них не известно. Говорят, и кошка имеет право смотреть на короля, не так ли? – Джози бросила на собеседницу вызывающий взгляд. – К тому же мне случалось наведываться в «Либерти» и «Селфридж»^[1]. А что касается вашего заведения, тут явно царит запустение. Вы утверждаете, будто ваши посетители – утонченные люди. Но вряд ли таким людям нравятся грязные окна и пыльные занавески? – Женщина молчала. Не дождавшись ответа, Джози продолжила: – Я могла бы хорошенько прибрать тут. И сделать кондитерскую более привлекательной. Я не боюсь тяжелой работы. – Хозяйка по-прежнему хранила молчание. Тогда Джози решила перейти в наступление. – Вы же иностранка, верно? А значит, в свое время нашелся тот, кто поддержал вас и дал шанс проявить себя. До приезда в Англию вам доводилось работать в кафе или кондитерской?

Женщина грустно улыбнулась.

– До приезда сюда я вообще не работала. Мне пришлось покинуть Россию в начале века. Я была замужем за высокопоставленным чиновником. Мы жили в великолепном особняке в большом городе, и у нас была роскошная усадьба в деревне. Масса слуг. Так что за всю свою жизнь я палец о палец не ударила. Моим основным занятием были балы и светские вечеринки – беспечное и нелепое существование. Но затем в России начались еврейские погромы. Я, видите ли, еврейка. Мужа убили у меня на глазах, мне лишь чудом удалось избежать расправы. Я приехала в Лондон, продала фамильные драгоценности и купила этот магазинчик.

– Почему здесь, в Ист-Энде, а не в более респектабельной части Лондона?