Книга Опасный маркиз, страница 104 – Минерва Спенсер

Он словно перенесся в какую-то более яркую и полную вариацию своей жизни. Его раздирали на части эмоции, на которые он, оказывается, был способен, ощущения, которые он давно позабыл. Адам теперь не мог расстаться с ней даже на день — сразу же возникло ощущение, будто от него оторвали кусок его самого.

Когда делал ей предложение, он дал два простых обещания — одно ей и одно себе, — но нарушил оба: влюбился в женщину, которая прямо ему сказала, что не хочет жить вместе с мужем.

Какого дьявола ему делать теперь?

Какого дьявола ей делать теперь?

Она беременна.

Мия отпила чаю в надежде, что это успокоит ее желудок, хоть на разум это не распространялось. Теперь Адам вернется в Лондон? Известие, что она носит под сердцем ребенка, принесло им столько восторга, но не станет ли это похоронным звоном по их чудесной счастливойжизни?

Но хоть в одном можно быть уверенной: она не сможет уехать в Оран до родов. Мия поморщилась, пугаясь своих ощущений облегчения и счастья, после того как приняла решение. Неужели она в самом деле такая поверхностная женщина, что ее радует перспектива бросить сына на произвол судьбы? От размышлений на эту тему ей едва не захотелось кричать. В конце концов она сказала себе, что, пока ребенок не родится, она не может принять другого решения, но это не значило, что у нее нет возможности отправить сыну денег.

Открылась дверь, и вошел Гембл.

— Вы желали меня видеть, миледи?

С течением времени блондин стал держаться с ней куда сдержаннее, поскольку понял, что она не собирается оказывать ему милости. Он получал от нее дорогие подарки, ему щедро платили — в отличие от других слуг, — но его это не радовало.

— Я тут подумала — может, ты скучаешь по Лондону? Нет желания ненадолго вернуться туда? — спросила Мия с улыбкой.

Гембл прищурился и хотел что-то сказать, но передумал.

— У меня нет к тебе претензий, но, может, ты скучаешь по дому? Ты ведь впервые уехал из Лондона. Верно?

Он покраснел — не то от смущения, не то от удовольствия:

— Да, миледи. Я родился и вырос в Лондоне.

Лакей сказал это с такой гордостью, что Мия невольно улыбнулась.

— Мне нужно, чтобы ты отвез посылку в Истборн. После этого можешь заехать в Эксли-хаус и провести там неделю, прежде чем вернуться в Брайтон. Тебе бы этого хотелось?

На этот раз он явно покраснел от удовольствия:

— Да, миледи.

— Отлично. — Мия поднялась и подошла к своему столу. — И, Гембл…

— Да, миледи? — Он тоже шагнул вперед, вопросительно вскинув брови, но все его мысли уже явно занимала предстоящая поездка.

— Это очень личное дело. — Мия выдвинула ящик стола, извлекла оттуда двадцать фунтов и протянула ему.

Гембл вытаращил глаза, и его рука, потянувшись было за деньгами, замерла в воздухе.

— Возьми, тебе понадобится на дорогу. Все, что останется, можешь взять себе. В знак моей благодарности.

Он посмотрел ей в глаза, и выражение его лица было совсем не таким, какое подобает иметь слуге.

— Очень хорошо, миледи.

Мия не была уверена, разумно ли давать ему столько денег. Что ж, теперь поздно об этом думать. Она выдвинула ящик пониже и достала оттудаузкий, но тяжелый сверток. В нем были драгоценности ее матери — все, кроме нескольких, что она решила оставить себе. Она так и не собралась продать их, но не сомневалась, что Бушар найдет им применение.