Книга Кухарка из Кастамара, страница 40 – Фернандо Х. Муньес

14 октября 1720 года, полдень

Урсула никогда не верила в добрую волю людей, она скорее считала ее своего рода договоренностью, которую люди придумали, чтобы терпеть друг друга, и полагала, что под этой видимостью радушия скрывается лишь то, что каждый человек сам несет груз своего существования и ведет ожесточенную борьбу за выживание. Жизнь научила ее, что лучше беспокоиться о собственных интересах, чем делать добрые дела, за которые никто никогда не поблагодарит. Несмотря на это, встречались такие достойные исключения из этого общего правила, как донья Альба, герцогиня. Никто из прислуги так не оплакивал ее гибель, как Урсула. Конечно, делала она это в одиночестве. Плач был роскошью, позволительной только для женщин благородного происхождения, а остальным оставалось лишь никогда не показывать свою слабость. Утрата спасительницы, которой она навеки была предана, истощила ее, но за время долгого траура после смерти хозяйки она смогла утаить свою печаль от всех. Спустя много времени ей все еще казалось, что она видит, как герцогиня прогуливается по галереям или смотрит на клумбы из окна салона на третьем этаже. Смирившись с трагедией, она выучила новый урок: все, что кажется незыблемым, может измениться в один момент. «Выживать – это то, чему я научилась лучше всего», – сказала она себе под конец. И уже придя в себя, поклялась себе и богу как можно лучше заботиться о доне Диего, чтобы ее госпожа могла по крайней мере наблюдать с небес, как благодарная служанка преданно чтит ее память.

Если в жизни и было что-то важное, помимо этих чувств, так это ее принцип, что раз удалось найти себе место под солнцем, то его ни в коем случае нельзя было упускать. Поэтому экономка никогда бы не допустила, чтобы власть над Кастамаром, которой она с таким упорством добилась, выскользнула у нее из рук. Благодаря благосклонности герцога и герцогини и своей усердной работе ей удалось стать кем-то вроде управляющего. Урсула следила за всем и вся и даже – тайно – за дворецким. Не слишком вникала она, пожалуй, только в чисто финансовые вопросы и учет расходов, отдавая все это на откуп дону Мелькиадесу, более сведущему в цифрах, и его секретарю, дону Альфонсо Корбо, который ей все докладывал. Даже помощники дворецкого, которые не относились к постоянному штату слуг, загодя знали, что именно экономка принимает решение взять их на работу. Поэтому ей важно было показать свою власть над сеньорой Эскривой перед новой кухонной работницей, чтобы та четко понимала, кто управляет прислугой в Кастамаре.

Внимание сеньоры Беренгер привлекло то, что девушка очень хорошо умела скрывать свои чувства. Если бы господин не узнал Клару в винном погребе, то она бы и не заподозрила, что они раньше встречались. В первое мгновение она подумала, что эта девушка – обычная охотница за деньгами, которая пытается соблазнить знатного господина, но вскоре отбросила эту мысль. Она больше походила на девушку в тяжелой жизненной ситуации, достаточно умную, чтобы понимать, что те, кто устраиваются на работу с такой целью, оказываются в интересном положении, а затем их бросают на милость Всевышнего и с бастардом на руках. Кроме того, соблазнить такого человека, как дон Диего Кастамарский, было идеей, обреченной на провал. «Любовь всей его жизни – призрак его жены», – сказала она себе.