Книга Возлюбленная распутника, страница 84 – Виктория Воронина

— Вам, юной девице, понадобилось осматривать какие-то затхлые амбары, отказавшись от всех удовольствий, которые предлагает столица⁈ Сроду не слышал ничегоболее нелепого, — кричал он. — Лучше скажите, что вам не терпится встретиться со своим любовником!

— С каким любовником, сир? — растерялась Мейбелл, не представляя себе, как тайна ее отношений с графом Кэррингтоном стала известна королю. — Говорю вам, мне нужно посетить свой родной дом и проверить отчеты своего управляющего.

— Если тебе так сильно нужны эти отчеты, то я пошлю за ними своего доверенного человека, — язвительно произнес Яков. — Но нет, вам угодно соединиться со своим кавалером, который лишил вас девственности до меня. Я ведь не слепой глупец, моя милая, и не будете же вы отрицать, что уже не были невинной девицей, когда пришли ко мне. Вы изрядная шалунья, если решились отдаться мужчине еще до свадьбы!

У Мейбелл отлегло от сердца, когда она поняла, что король находится в неведении относительно того, что ее возлюбленным был один из лидеров восстания Монмута. Подумав, она твердо решила возложить всю ответственность за свою потерянную невинность на барона Вайсдела, благо, что мертвый барон не мог ей возразить.

— Ваше величество, вы ошибаетесь, я уже была замужем, — собравшись с духом, сказала Мейбелл королю.

— Вот как? Почему я ничего об этом не знаю? — удивился Яков, и тут же с подозрением спросил: — Кто этот счастливчик?

— Сэр Эразм Вайсдел, сир, — Мейбелл с усилием произнесла это ненавистное для нее имя убийцы ее отца, и продолжала развивать свою фантазию дальше. — Но вскоре после свадьбы в наш дом ворвались грабители, они-то убили моего мужа!

— А я думал, что случилось с моим самым ловким агентом? — задумчиво произнес Яков Второй, и его взгляд, устремленный на Мейбелл потеплел. Затем он ласково сказал: — Прости меня, девочка моя, за резкие слова, сказанные в твой адрес. Мне очень горько было сознавать, что не я оказался твоим первым мужчиной.

— Это я прошу прощения у вашего величества, что невольно расстроила вас, — с почтительным поклоном произнесла Мейбелл, и внешнее согласие между ними было восстановлено. Яков выполнил свои обещания данные им ей в их первую встречу. Ничего не понимающего капитана Руперта Дрейфуса королевские гвардейцы одной ночью вытащили из постели, и через день его вздернули на виселице Тайбурн-Хилла — места, где совершались публичные казни в Лондоне. Мейбелл присутствовала при повешении Дрейфуса, ноне испытывала никакой радости по этому поводу. Да, убийца Сары Эшби был повешен, но саму Сару, эту добрую и благородную женщину было уже не вернуть. Гораздо больше Мейбелл порадовали известия, что королевские драгуны были отозваны из Западной Англии, а пленным сторонникам герцога Монмута, численностью в восемь сотен человек, смертная казнь была заменена каторгой или ссылкой в Вест-Индию. Впоследствии девушку всегда утешала мысль, что она избавила многих своих соотечественников от четвертования и жестоких гонений.

Мейбелл более не заговаривала о том, чтобы покинуть королевский двор, и в награду за ее послушание король Яков сделал ее герцогиней Дарлингтонской. Но юная герцогиня чувствовала, что король не доверяет ей; он кружил ее тайными соглядатаями, которые следили за каждым ее шагом. Сдержанность Мейбелл задевала Якова, он интуитивно чувствовал страстность ее натуры, и поэтому досадовал на ее холодность к нему. Внешняя почтительность девушки не могла обмануть его; Яков догадывался — Мейбелл покинет его, как только этому представиться возможность, и принял все меры, чтобы воспрепятствовать этому.