Книга Возлюбленная распутника, страница 129 – Виктория Воронина

Парадный обед в честь приезда законных хозяев Филдхилла удался на славу. В большой фарфоровой супнице дымился горячий и жирный гороховый суп с луком-пореем и беконом. В серебряных мисках исходило ароматом грибное рагу, переливались перламутровым блеском отборные устрицы. Была еще жареная утка, фаршированная луком и грецкими орехами, форель на хрустящей корочке, нежные бисквиты и апельсиновый пудинг, запеченный в блюде, он был окаймлен слоеным тестом и украшен цветами из засахаренных апельсинов. Зная, что Джордж очень любит черный кофе, Эмилия распорядилась его подать, хотя кофе еще оставался очень дорогим напитком. Французские вина тоже были превосходны, и священник Каттл мысленно признавался самому себе, что давно не сидел за столь богатым и изысканным столом. По большей части ему приходилось довольствоваться вареной бараниной, горохом и элем.

Эмилия явно была в центре внимания общества, весь разговор за столом крутился вокруг ее недавнего венчания и свадебного путешествия с Джорджем Флетчером. Молодожены намеревались отметить Рождество с семейством Эшби, а затем поехать в Эдинбург навестить шотландских родственников Эмилии. Новобрачная чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. Она дождалась своего любимого Джорджа, стала его законной женой, и теперь могла от души наслаждаться обществом мужа и почтением окружающих. И ей очень льстило внимание такого видного вельможи как граф Кэррингтон. Альфред Эшби решил тряхнуть стариной, и применил все свои уловки опытного соблазнителя, чтобы очаровать малознакомую ему девушку. Такое занятие было для него самым приятным времяпрепровождением, безотказным средством для борьбы с душевной тоской. Джордж мало обращал внимания на уловки своего друга, гораздо больше его беспокоило настроение Мейбелл. Невеста Альфреда явно ощущала себя не в своей тарелке. Присутствие Эмилии как бы подчеркивало двусмысленность ее положения, ведь по светским правилам незамужняя леди не должна была проживать под одной крышей с холостым джентльменом, да еще без компаньонки. Мейбелл тщетно ожидала подтверждения своего статуса невестыот графа Кэррингтона, которое могло бы несколько сгладить неблагоприятное впечатление от ее предосудительного образа жизни. Но Альфред Эшби был слишком увлечен тем, чтобы говорить любезности Эмилии. И молодая леди Уинтворт решила сама намекнуть на свои будущие отношения с графом Кэррингтоном.

— Надеюсь, Эмилия, вы успеете с Джорджем возвратиться из Шотландии к нашей свадьбе с лордом Эшби, — с деланной улыбкой проговорила она. — Я бы очень хотела, чтобы вы присутствовали на моем венчании.

— Сейчас не время говорить об этом, Мейбелл, — резко оборвал ее Альфред, бросив на нее недовольный взгляд. — Наше венчание не состоится так скоро весной, если только оно вообще состоится.

Слова возлюбленного шокировали Мейбелл. Неужели его слова означают то, что он передумал на ней жениться⁈ Она бросила умоляющий взгляд на графа Кэррингтона, но он уже забыл об ее существовании, и принялся с увлечением рассказывать Эмилии о своем пребывании в Париже. Мейбелл попыталась было прийти в себя, и забыть о постигшем ее разочаровании, но боль от пренебрежения жениха была слишком велика, и с каждой минутой она становилась все больше. Не выдержав, Мейбелл встала из-за стола, и, пробормотав слова извинения, спешно вышла из столовой.