Книга Кто хочет замуж за герцога?, страница 96 – Сабрина Джеффрис

— Вполне достаточно для того, чтобы утвердиться в скептическом отношении к браку с дамой из высшего общества. Юные особы, пытавшиеся мне понравиться, делали это лишь потому, что я герцог, притом богатый герцог. Я как таковой их не интересовал. Ни их, ни упомянутых ранее замужних леди. Я был всего лишь средством для достижения цели.

— Как вы можете так уверенно об этом говорить? — искоса глядя на него, сказала Оливия. — Я не имею в виду замужних дам.

— Я просто знаю, что так оно и есть, — сказал Торн и, повернувшись на бок, улыбнулся Оливии. — Нам обязательно говорить об этом сейчас? — Он провел рукойпо ее груди и поцеловал в губы. — Я могу предложить множество иных, куда более приятных занятий.

«Негодяй! Подлец! Мерзавец!»

Да, он такой! И останется таковым еще какое-то время. А сделать ей предложение он еще успеет.

Проснувшись, Оливия не застала Торна в постели. И, судя по тому, как ярко светило в окно солнце, он поступил мудро, покинув ее, не дожидаясь ее пробуждения. К тому же, раз его рядом не было, она могла собираться без суеты.

Оливия потянулась и, довольная, свернулась калачиком под теплым одеялом. За эту ночь они с Торном занялись любовью дважды, и хотя после второго раза внизу саднило, она чувствовала себя настоящей женщиной. Женщиной, познавшей блаженство. Женщиной, принадлежавшей мужчине.

Его женщиной.

Она посмотрела на пустую подушку, где еще оставался след от его головы, и вдруг поймала себя на мысли, что все произошедшее могло бы быть лишь игрой ее воображения.

«Глупости», — тут же сказала она себе. Он был здесь и обращался с ней так, словно она была для него особенной.

«Совсем как тогда, девять лет назад, когда маман пришлось его шантажировать, чтобы заставить сделать предложение?» — насмешливо поинтересовался внутренний голос.

— Тихо! — вслух прикрикнула на него Оливия. — Дай мне еще немного поблаженствовать, ладно?

И тут как раз в спальню, запыхавшись, вбежала горничная.

— Как хорошо, что вы наконец проснулись, мисс! Ваша мачеха приехала, и она рвет и мечет! Сейчас она в гостиной с его светлостью и требует вас.

Понадобилось какое-то время, чтобы сказанное горничной дошло до умиротворенного сознания Оливии, но, когда это произошло, от былой эйфории не осталось и следа. Ею овладела паника.

«Господи! Откуда маман узнала, что я в Роузторне? И сейчас она говорит с Торном…»

Оливия хотела было встать, но вспомнила, что на ней нет ничего, и этот факт не может не вызвать у горничной подозрения.

— Вы не могли бы принести мне кофе? Иначе я просто не смогу вынести общество маман.

— Да, конечно. Но вам все же, наверное, стоит поторопиться. Его светлость, кажется, леди Норли… немного… раздражает.

— Кто бы сомневался, — пробурчала себе под нос Оливия.

Едва горничная вышла в коридор, Оливия спрыгнула с кровати, и, отыскав ночную сорочку, спешно в нее облачилась. И только тогда она заметила, что вчерашнее ее платье прилежно висит на спинке стула, а чулки и нижнее белье, аккуратно сложенные, лежат на стуле. Она точно этого не делала. Следовательно, это сделал он.

Оливия бросилась всмежную гостиную, к подоконнику, на котором сидела, когда он вытаскивал шпильки из ее прически. Вытаскивал и бросал на пол. Ни одной шпильки на полу она не увидела. Выходит, он их все собрал с пола и куда-то положил.