Книга Алое небо над Гавайями, страница 8 – Сара Акерман

В тот момент она поняла, что Бак — ее прошлое, а не будущее. Возможно, он все воспринимал иначе, но он привык получать желаемое.

«Не сегодня», — подумала Лана, садясь в машину.

Поха — горничная, которая жила с ними в доме, — настояла, чтобы по пути они заехали за маласадас.

— Угостите их пончиками, и вам не откажут, — сказала она, ведь они не знали, будут ли на самолет свободные места.

Лана положила в чемодан одежду и все необходимое на несколько дней. Впрочем, она могла купить все на месте.

Аэропорт Джона Роджерса стоял посреди сухого и пыльного участка земли, поросшего редкими сучковатыми мескитами^[8]. У входа в здание аэропорта растянуласьсонная черная кошка. Лане пришлось перешагнуть через нее, чтобы войти. Внутри пахло бензином, соленой водой и мескитовыми стручками. У стойки стояли мужчины в костюмах — вероятно, управляющие с плантации; они курили с хмурым видом.

Большая вывеска анонсировала закупку новых самолетов и смену названия компании: «Островные авиалинии» теперь назывались «Гавайскими». Лана поставила на пол чемодан и обратилась к сотруднику за стойкой:

— Мне нужен билет на ближайший рейс до Хило.

Он покосился на ее чемодан:

— Вы бронировали заранее?

— Нет.

— Сегодня свободных мест нет. Простите, мадам. — Он пожал плечами.

— Я готова доплатить, если нужно; очень нужно попасть в Хило сегодня. Мой отец в больнице.

В груди всколыхнулось нетерпение. Столько лет она практически не виделась с отцом, причем по своему выбору, а теперь ей почему-то казалось, что она обязана его увидеть как можно скорее.

— Будь у вас все деньги мира, я ничем не могу помочь, раз нет мест, — раздраженно ответил сотрудник авиакомпании.

К ним подошел один из мужчин в костюмах.

— Простите, что вмешиваюсь, но я случайно услышал, что вам нужно на рейс.

— Очень нужно, — выпалила Лана, уже готовая заплакать.

— Вон там, в ангаре, есть малый по имени Барон; у него маленький чартерный самолет. Я несколько раз с ним летал, когда не было мест. Помашите у него перед носом парой баксов, и он вас хоть на Северный полюс отвезет, — с дружелюбной улыбкой произнес мужчина.

Ей нужно было попасть в Хило во что бы то ни стало.

— Барон?

Мужчина в костюме рассмеялся.

— Клянусь богом, так его зовут.

— И ему можно доверять?

— Ну, летать он может хоть с завязанными глазами, если вы об этом.

Зачем она спросила? Видимо, из-за своего недоверия к самолетам в принципе — не нравилась ей перспектива болтаться в небе в тяжелой металлической махине.

В ангаре стояли три самолета: два побольше, а один совсем крошечный, как автомобиль с крыльями. В радиоприемнике надрывались сестры Эндрюс^[9].

Она остановилась в дверях.

— Есть кто? — позвала она.

Из-за одного из самолетов вышел юноша с папкой. Рубашки на нем не было, и на вид ему было не больше семнадцати лет. Впрочем, несмотря на юный возраст, он был широкоплеч, скуласт и, пожалуй, слишком хорош собой.

— Чем могу служить? — спросилон.

— Мне сказали, что здесь можно зафрахтовать самолет до Хило.

— Правильно сказали. Вылет через десять минут, — деловито сообщил юноша.

— А сколько стоит билет? — спросила она, оглядевшись в поисках других пассажиров или пилота.

— А сколько у вас есть?

Что это за авиакомпания такая?

— Если вас не затруднит, можете позвать свое начальство или пилота?

Не ответив, парень подошел к стулу, взял висевшую на нем рубашку и не торопясь надел ее. Лана не знала, куда деть глаза, и сделала вид, что роется в сумочке и ищет кошелек. Когда он застегнул рубашку, она увидела на кармане вышитое красной ниткой имя: Барон.