Онлайн книга «Акушерка Аушвица. Основано на реальных событиях»
|
– Пресвятая Мария, Матерь Божия… Пальцы метнулись к поясу и нащупали четки, которые Георг нашел ей в дымящихся развалинах Канады. Она была так тронута этим подарком. Георг тогда проворчал: «Эстер сказала, что эти бусы вам понравятся, госпожа». Где он сейчас? Детей забрали из Биркенау почти сразу же. Одна из медсестер говорила, что по всей Польше организуют сиротские приюты. Началась «спасательная операция» по поиску семей для них. Эту работу вел Польский Красный Крест и комитет по образованию при Центральном комитете польских евреев. Присоединилась и американская организация, Администрация ООН по гуманитарной помощи и реабилитации. Была организована «команда по розыску детей» – звучало это пугающе, но вселяло надежду. Ана покосилась на Эстер. Она надеялась, что спасательная команда поможет им найти Пиппу, но промолчала, чтобы не подорвать хрупкую надежду подруги, прежде чем та что-то узнает. В одном она была уверена – Эстер сделает все, чтобы найти свою девочку. Ей же следует думать о собственных детях. Они остановились перед старым домом Каминских. Ану вновь захлестнули воспоминания, настолько сильные, что она даже почувствовала запахи и звуки долгой семейной жизни. Дом сохранился. Те же две ступеньки вели к той же темно-зеленой двери. Ступеньки раскрошились, краска отлетала хлопьями, но важно было не это. Важно было, кто дома. Эстер подвела Ану к двери, но та задрожала всем телом и отступила назад. На улице еще была надежда, в доме могла царить скорбь. – Я не могу, – пробормотала она. – Тогда позволь мне… – Нет, я… Но Эстер уже взялась за медный молоточек, так любовно прибитый Бартеком, когда они молодоженами въехали в этот дом двадцать девять лет назад. Ана услышала, как эхом разносится звук в доме, и вспомнила коридор, вешалку с одеждой у дверей, свой акушерский саквояж внизу, всегда готовый к вызову. Тишина. Наверное, их здесь нет. А может, они здесь, но ушли. Они могут жить где угодно. Или вовсе не жить. Они могут не найти ответов, и куда же тогда ей идти? А что, если… Ана замерла. За дверью раздались шаги. Она слышала, как кто-то приближается к дверям по плиточному полу. Медленные, неуверенные, но все же шаги. Эстер подбежала к ней, подхватила под руку. Ана посмотрела на нее. Слова Рут снова прозвучали в ее ушах: «Теперь она твоя дочь». И это правда. Что бы ни случилось с ее мальчиками, у нее есть Эстер. И все же как болит сердце… – Мама? Мир замер. В дверях стоял мужчина. Худой, взъерошенный мужчина средних лет. Но произнесенное им нежное, мягкое слово заставило ее вглядеться в его лицо – и в голубых глазах она разглядела сына. – Брон! Он бросился к ней, и Эстер отступила в сторону, чтобы он смог обнять мать. Ана чувствовала, как он поднимает ее, словно ребенка, и начинает кружить. Он снова и снова твердил: – Мама! Мама! Мама! Когда он наконец поставил ее на ноги, она протянула руку, чтобы коснуться дорогого лица. И тут из дома вышли еще двое мужчин. Они столпились вокруг Аны, а она всматривалась в их глаза, полные радости и любви. Ана вновь почувствовала себя молодой матерью. – Сандер! Якуб! Вы здесь! Вы живы! Радость переполняла ее хрупкое тело. Ей казалось, что она просто не выдержит такого счастья. – Что с вами было? Где вы были? – Она обнимала сыновей одного за другим. |