Книга Письма из Пёрл-Харбора. Основано на реальных событиях, страница 3 – Анна Стюарт

– Черт возьми, Эшли, но я же все-таки приехала, правда? – тихо сказала Робин.

Она наклонилась вперед, раскинув руки. Эшли неохотно двинулась ей навстречу, но потом все же обняла, крепко сжав руками сестру.

– Ну, по крайней мере, раньше родителей, – пробормотала она, уткнувшись ей в плечо. – Что неудивительно.

Робин сильнее сжала ее в объятиях. Родители у них были замечательные – умные, добрые, уважаемые, – но работу они ставили на первое место. Инженеры в гуманитарной организации, они почти все время проводили в командировках, помогая людям в неблагополучных уголках планеты. Робин и Эшли, конечно, гордились ими, но видели редко. Месяц дома – и снова в разъездах. Воспитанием девочек занималась бабушка Джинни – она была их якорем, их домом, их настоящей семьей. И теперь она умирала.

Робин выпрямилась и села рядом на деревянную скамейку у крыльца, чтобы не возвышаться над сестрой.

– Как она? – тихо спросила Робин.

Глаза Эшли увлажнились. Увидев, как на них наворачиваются слезы, Робин почувствовала, как сердце сжалось. Даже после аварии Эшли почти не плакала. Кричала, ругалась, злилась – да. Но плакала – редко.

– Все настолько плохо, да?

– Очень. Она совсем ослабла, Робби. Ее как будто нет. Держалась изо всех сил, пока могла… но теперь кажется, что у нее уже просто не осталось сил.

У Робин снова защипало в носу. Конечно, почти сто лет – возраст почтенный, и удивляться болезни, пожалуй, не стоило. Однако бабушка Джинни всю жизнь была стойким оловянным солдатиком, поэтому так или иначе ее болезнь шокировала всех.

Она бросила взгляд через открытую дверь на лестницу.

– Пойду-ка я поднимусь и проведаю бабулю.

– Иди. Она тебя очень ждет. Надеется, знаешь ли.

Робин замерла. В груди сжалось. Все происходящее вдруг стало реальным, ощутимым до боли.

– Я правда прилетела, как только смогла. На работе был завал, билеты найти не получалось…

– Ты работаешь в аэропорту.

– Ну да. Только это не значит, что я могу махнуть рукой на расписание. Я инженер, Эшли, а не пилот.

– Ну может быть. Но ты же все равно могла бы… – Ее прервал тихий звон колокольчика в доме.

– Бабушка зовет. Слышала, как ты пришла. Так что марш наверх!

Робин кивнула, вновь взглянув на лестницу. Ноги не слушались. Бабушка Джинни была из тех людей, которых называют «неудержимая сила природы»: жизнерадостной, энергичной, неугомонной любительницей приключений. Настоящей американкой. Женщиной, которую не остановить, даже если весь мир – против. И Робин не хотела видеть ее другой.

– Струсила, да? – язвительно кинула Эшли.

Робин взглянула на нее. И, несмотря на тон, ощутила благодарность за попытку разрядить обстановку.

– Струсила, – просто призналась она.

Эшли протянула руку и, к удивлению сестры, сжала ее колено в знак поддержки.

– Сестренка, я тебя не виню. Это и правда кошмар. Но послушай, ну и зачем тогда лететь через полмира, чтобы сидеть тут на крыльце и слушать мое ворчание? Так что давай, шевели булками и иди уже к бабуле.

Робин невольно рассмеялась – это была самая «британская» команда, которую она слышала за все время. Она скучала по таким британским выражениям там, в Штатах. Неловко улыбнувшись сестре, она поднялась, прошла в дом и, как в детстве, бросила сумку у порога. Направилась вверх по лестнице, стараясь держаться правой стороны, чтобы не задеть подъемник, и услышала, как тот зажужжал: Эшли решила последовать за ней. И теперь, когда Робин наконец привела себя в движение, ноги сами понесли ее вперед.