Книга В постели с бандитом, страница 42 – Ая Кучер

Она выскочила как исключение из правила. Как сбой в системе. И именно поэтому, сука, не вышла из головы.

Откидываюсь в кресле, расслабляюсь. Делаю ещё одну затяжку. На пару секунд приходит тишина в голове.

Тамила умна. Слишком, блядь, умна. И вот такие — самые опасные. Не потому, что знают, а потому что умеют додумать.

А даже если она сама и не сложит — достаточно попасть в руки к тому, кто у власти. Например, ко мне.

Кто умеет работать с пустотами. Эти куски заданий, которые она считала «бесполезными», вдруг окажутся ключевыми.

Объяснят схемы. Прольют свет. Положат на стол имена. Фамилии. Маршруты. И всё — через одну девчонку.

Вот почему её хотятзабрать. Не потому, что она важна как человек. А потому что она — дверь.

Напряжение — как бетон под кожей. Шевелишься — и трещит. И всё внутри выжигает злость

Блядь. Послать бы её нахуй. Просто взять, выволочь за волосы и швырнуть туда, где её ждут. Мне, блядь, должно быть всё равно.

Она же предательница. Нихера не заслужила.

Но нет, сука. Не отпускает. Зацепила.

Сильно. Глубоко. В самое мясо. Не просто так — когтями. Как пиявка. Как жгучая дрянь, что цепляется за кожу и проникает внутрь, чтобы остаться навсегда.

Это из-за предательства. Только из-за него. Из-за того, что тогда слилась, сбежала, оставила.

Поэтому её не отпускаю. Именно.

Она в кровь залезла. Яд. Ебучий. Не соскочишь. Не слезешь. Даже если рвёт изнутри — тянешься снова. Словно она доза. И чем больше отказываешься — тем сильнее ломает.

Вот и выжигаю. Работой. Бумагами. Каналами. Грузами. Переговорами. Людьми.

Решаю, подписываю, рублю, наказываю. Делаю вид, что мне до неё — ноль. Что её нет. Что она не живёт у меня под кожей.

Не лезу к ней днём. Специально. Сосредотачиваюсь на том, что сейчас горит по бизнесу.

И информацию по отцу тоже не трогаю. Знаю, что Варвар устроил ему персональный разъёб. Но мне не нужно вникать в детали. Не хочу.

Потому что этот старый гандон заслужил всё с лихвой. Манипулятор ебучий. Гнида, которая всю жизнь двигала фигуры ради себя.

Он сам поставил меня в прицел. Сам сука подставил. Потому что ему похуй было на всех. Не сын — разменная монета. Очередная пешка.

И теперь за мою голову ценник висит. Пока не озвучен — но уже есть. Отец мой подсуетился. Оставил канал, чтобы держать меня на мушке.

Единственное, почему я не мстил отцу раньше — потому что он, сука, отец. Факт. Биология. Но жалости — ни грамма. Не осталось.

Потому что он натворил такой хуйни, что если расписать — самому станет плохо. И всё — из-за уязвлённой гордости.

Но это уже не моя забота. Он Варвару дорогу перешёл, когда украл его девчонку.

Мне — когда эту девчонку мне подсунуть пытался. Но мне было похуй. У меня свой яд.

Я выжигаю всё работой и никотином. Одно за другим. Дела, звонки, встречи.

Разбирался с пленниками. Те, после допросов, говорят почти то же, что и Тамила.

Что она ничего не знала, просто есть приказ найти. Нигде не светилась,не лезла особо.

Ночью заезжаю на спарринги. Три. Один за другим. Сбрасываю злость, стараясь вернуть всё под контроль.

Но, сука, не помогло. Напряжение до сих пор в теле. Сидит. Цепляется за рёбра. Пульсирует в шее.

Я захожу домой под утро. Стягиваю пиджак на ходу, бросаю на пол. Ноги сами ведут вперёд.

К спальне Тамилы.

Сука.

Знаю, что хуевая затея. Знаю, что сейчас надо спать. Остыть. Дать голове проветриться.