Книга Сводные. Пламя запретной любви, страница 95 – Ольга Дашкова

Не в Егоре.

Но его лицо всплывает перед глазами, улыбка, взгляд, голос, шепчущий мое имя. Я встряхиваю головой, прогоняя образ. Телефон в кармане вибрирует. Снова. Я знаю, кто это.

Лиза. Она писала, ее сообщения – как уколы совести: «Саш, поговори со мной», «Ты не должна притворяться», «Это не ты». Я не отвечаю. Не могу. Не хочу видеть ее слова, которые заставляют меня чувствовать.

Чувствовать боль, которую я так отчаянно пытаюсь задушить. Игнорирую телефон.

– Куда мы? – кричу, спрашиваю у Макса.

– В клуб. Там весело. Потанцуем, расслабимся. Ты же не против, да?

– Да, – киваю я, хотя внутри все сжимается.

Но я не даю себе думать. Не даю себе чувствовать. Я хочу раствориться в толпе, в музыке, в чем угодно, лишь бы не в своих мыслях.

Клуб встречает нас стеной звука. Бас бьет в грудь, как молот, цветные огни мигают, выхватывая из темноты лица, тела, движения. Молодежь вокруг танцует, смеется, пьет.

Воздух пахнет алкоголем, потом и чем-то сладким, как духи. Макс берет меня за руку, тянет к барной стойке, и я следую за ним, стараясь не думать о том, как его пальцы сжимают мои.

Это неегорука. Нееготепло.

Прогоняю эту мысль, сжимаю его ладонь сильнее, как будто это поможет мне удержаться на плаву.

– Выпьешь? – кричит какой-то парень у стойки, протягивая мне стакан с чем-то ярко-зеленым. Его улыбка слишком широкая, глаза блестят от алкоголя.

Я качаю головой.

–Нет, спасибо, – говорю, но беру закрытую бутылку пива с барной стойки.

Открываю, делаю большой глоток.

Холодная горечь обжигает горло, и я пью еще, быстрее, жаднее, как будто это может заглушить боль. Как будто это может вымыть из меня все воспоминания. Пиво ударяет в голову, мир становится чуть мягче, чуть размытее. Улыбаюсь, и на этот раз улыбка почти настоящая.

Макс тянет меня на танцпол, музыка врывается в меня, ритм захватывает, начинаю двигаться. Руки поднимаются вверх, волосы падают на лицо, я качаю головой, позволяю телу вести себя.

Макс танцует рядом, его движения уверенные, его улыбка – как броня. Она защищает меня. От боли. От прошлого. От Егора.

– Классно двигаешься, – кричит, перекрывая музыку, я смеюсь, хотя не чувствую радости.

Я просто хочу забыть. Хочу, чтобы этот ритм, этот шум, этот момент забрали у меня все.

Макс подходит ближе, его руки ложатся на мою талию, я замираю. Прикосновение теплое, но оно неправильное. Не такое, как…

Стискиваю зубы, прогоняя мысль. Не думать. Не вспоминать. Прижимаюсь к нему ближе, заставляя себя улыбаться. Руки Максима скользят по моей спине, притягивают к себе, чувствую его дыхание на своем виске.

Это должно быть приятно. Это должно быть легко. Но вместо этого в моей голове вспыхивают воспоминания.Егоруки.Егогубы.Егоголос, шепчущий: «Саша, я люблю тебя».

Закрываю глаза, качаю головой, танцую быстрее, яростнее, как будто могу стряхнуть эти образы.

– Ты невероятная, – говорит Макс, голос низкий, почти интимный, его губы оказываются у моего уха.

Заставляю себя улыбнуться, но внутри все кричит.

Это неон. Неон.

Я хочу, чтобы это было легко. Хочу, чтобы это было правильно. Но это не так.

И тогда он целует меня. Его губы касаются моих, мягкие, теплые, это… как удар молнии. Мое тело замирает, сердце останавливается, а потом взрывается болью.

Это не Егор. Не его вкус, не его запах, не его руки, которые знали, как держать меня так, чтобы я чувствовала себя целой. Отталкиваю Макса, руки дрожат, глаза горят.