Книга Горничная с секретом, страница 63 – Злата Романова

— А мне кажется, ты по ним тоскуешь, — тихо говорит Соня.

Первый порыв — встать и уйти. Но это только докажет,что она права, а это не так. Поэтому я остаюсь. Продолжаю обнимать ее и молчу, глядя в потолок. Но Соня не сдается. Ее нежная ладонь медленно поглаживает мою кожу на груди, в том месте, где бьется сердце.

— Знаешь, — снова подает голос эта неугомонная зараза. — А ведь сейчас тот момент, когда мне хочется сделать тебе сочувственный минет, чтобы ты почувствовал себя лучше. Но, я поклялась, что в течение следующего года, начиная от дня, когда ты приехал за мной в Стамбул, мои губы и близко не приблизятся к твоему члену, иначе я перестану себя уважать.

— Почему это?! — в неверии смотрю на нее, потому что о такой дурацкой клятве я слышу впервые. — Целый год без минетов? Ты издеваешься?

— Мщу, — гордо улыбается София, приподнимаясь и чмокая меня в губы. — Или тебе уже память отшибло? Ты помнишь, при каких обстоятельствах получал от меня оральные ласки?

Помню. Я заставлял ее. Унижал. Угрожал. На ее месте я бы и сам себя не простил, но блядь, целый год?! Ладно, я выдержу это. Она же не секса меня лишает, а это было бы гораздо хуже.

— Молчишь, — хмыкает Соня, издеваясь надо мной дальше. — Значит, согласен. Нечего возразить. Не то, чтобы на меня это как-то повлияло. Ты заслуживаешь гораздо худшего наказания, но я дура, потому что влюбилась в тебя, поэтому обойдемся этим.

— Это вообще-то тоже нехилое такое наказание!

— У-у-у, бедненький! — смеется моя ведьмочка.

А потом смыкает ладонь вокруг моего ничего не подозревающего, наказанного члена, и мне хочется как можно скорее прожить этот год, чтобы почувствовать ее пухлые губы, вместо руки, хотя и она тоже великолепно справляется со своей задачей.

— Почему вы все так озабочены мертвым человеком? Разве у вас нет своей жизни, которую необходимо прожить? — слышу я голос Попа, когда отвечаю на звонок от защищенного номера через несколько дней.

— Если бы этот мертвый человек не мешал нам жить, мы не были бы вынуждены постоянно вспоминать о нем, Артемий. Мне кажется, ты специально это делаешь, чтобы привлечь к себе внимание. Нажимаешь на наши болевые точки и ждешь реакции. Как вредный ребенок.

— Давай ближе к делу, — шипит он.

— Ты сам это начал. Я буду краток. Оставь в покое Инессу Некрасову. Просто забудь о ее существовании.

— Или что? — хрипло смеется он. — Она моя женщина, Максим.

— Она тебя не хочет. Если уж у тебя нет самоуважения, чтобы не навязывать себя женщине, то просто подумай, что будет, если ты не прислушаешься к моему совету.

— А что будет? — глумливо спрашивает он. — Вам больше нечем мне угрожать.

— Никаких нас. Я сейчас говорю не от лица Общины, это мое личное требование. Если только ты хочешь, чтобы свадьба Казбека и Лианы состоялась. Знаешь ведь, что твоя девочка влюблена в меня, как кошка. Стоит мне сказать одно слово — и она сбежит ко мне, наплевав на последствия. А Казбек точно на ней не женится после того, как она побывала подо мной.

— Ну и к черту ее! Если она настолько тупая, чтобы отказаться от короны, которую я ей предоставил в качестве прощального подарка, то это все, что она заслуживает. Даже если пойдет побираться, это будет последствием ее глупости.

— Ты всю жизнь пытался убедить всех, что тебе плевать на свою дочь, Артемий. Правда, это не помогло. Ее все равно хотят разорвать на куски слишком много людей. Ты нажил много врагов, Поп, и если тебя достать им не удалось, то, как только твоя дочь окажется без защиты, они отыграются на ней.