Книга Горничная с секретом, страница 60 – Злата Романова

«Вот что ты получишь за то, что дразнишь меня» — приходит текстовое сообщение.

Я оставляю его без ответа, чтобы помучить, и продолжаю наряжаться. Поверх белья сначала надеваю трикотажное платье, но передумав, меняю его на тугие джинсы, которые не так-то легко снять, и симпатичный пуловер, обнажающий одно плечо. Волосы оставляю распущенными, а макияж делаю совсем легкий, выделяя губы розовой помадой в цвет нижнего белья. Заехавший замной Макс окидывает меня таким голодным взглядом, словно я стою перед ним уже голая, так что я даже немного смущаюсь из-за мамы, успевшей первой открыть входную дверь и наблюдающей теперь за этим непристойным невербальным обменом между нами.

— Инесса Витальевна, — с хитрой ухмылкой кивает ей Макс, явно заметив, как она не рада его приходу. — Рад новой встрече.

— Не могу сказать того же, — хмурится мама. — Ваша деловая репутация безупречна, но даже я слышала слухи о том, что женщины интересуют вас только на очень короткое время, Максим Юрьевич.

Мама редко разговаривает с людьми вот так вот прямо, так что я сильно удивляюсь ее порыву.

— Можно просто Макс, — продолжает улыбаться мужчина, ничуть не смутившись. — К сожалению, прошлого не изменишь, но мои намерения относительно вашей дочери серьезнее некуда.

— Посмотрим, совпадают ли ваши намерения с ее, Максим Юрьевич,— делает она упор на его имени, показывая, что не собирается допускать фамильярности.

— Кажется, я уже видела такое в фильме, — бормочу я, наклоняясь, чтобы обуться в свои казаки. — Только там персонажами были двое мафиози, а не моя мама и мой парень.

— Я всего лишь забочусь о твоем благополучии, — зыркает на меня строгим взглядом мама. — Мы ведь все знаем, что Максим Юрьевич — не рядовой гражданин.

— Спасибо, хоть бандитом не обозвали, — посмеивается Макс.

— Давай уже пойдем, бандит, — оперативно тесню его в подъезд из квартиры. — Мама пригласит тебя на чай, как только ты завоюешь ее доверие, а пока, придется обещать ей привезти меня обратно живой и здоровой.

— Лучше бы так и было, — громко говорит нам вслед мама.

А как только я захлопываю дверь, Макс начинает ржать, как конь.

— Это было не настолько смешно, — закатываю глаза, нажимая на вызов лифта.

— Очень смешно! — не соглашается он, все еще смеясь. — Она же такая милашка на вид!

И это правда. Внешностью я пошла в маму, так что она у меня тоже красивая блондинка с большими, ясными глазами, чуть ниже меня ростом. Однако, если меня выдает более тяжелая энергетика, то мама у меня так и светится женской мягкостью, а на агрессию она способна только в крайних и очень редких случаях. Что уж говорить, если она даже перед собственной матерью не может себя защитить, хотя моя злобная бабуля всю жизнь пользуется ею,еще и убивая в ней чувство собственного достоинства своей ядовитой критикой.

— Ну ладно, это немного смешно, потому что мама и правда никогда так себя не ведет, она у меня человек-пряник, — соглашаюсь я, заходя в прибывший лифт.

Сомневаюсь, что Максу знаком этот термин из психологии, но он не задает вопросов и как только створки лифта закрываются за его спиной, сразу же прижимает меня к себе, жадно ища мой рот своим. Моя голова тут же пустеет, теряя все мысли, и я хватаюсь за лацканы его пальто, всасывая такую вкусную нижнюю губу Макса в рот и получая в ответ недовольный укус, потому что этот тиран хочет доминировать даже в поцелуе. Его язык скользит по моему, и у него вкус эспрессо, который почему-то кажется мне очень возбуждающим, хотя раньше я за собой такого не замечала. Поцелуй набирает обороты, Макс недвусмысленно прижимается к моему животу вставшим членом, заставляя извиваться от нетерпения, мы просто не можем оторваться друг от друга, даже когда лифт приезжает на первый этаж и двери раскрываются, но ледяной голос, который я точно не ожидала услышать, действует, как шоковая терапия.