Книга В едином пламени, страница 6 – Деметра Фрост

Ротик девушки презрительно кривится. Но лишь на миг. И вновь принимает вполен себе серьезное выражение.

— Вы ведете себя глупо, господин Ла`Круа — говорит она холодно, — Глупо и безответственно. Прошу в последний раз — оставьте меня. Иначе я буду вынуждена прибегнуть с силе.

— О, я не против, — я чуть не смеюсь, — Ты же чувствуешь это, да? У тебя стихия огня, как и у меня. Ты ничего не сделаешь мне. Но зато я подпитаюсь.

— Я не о магии. Я позову охрану. И это будет неприятно. Особенно для вас.

— Не страшно, — отмахиваюсь я. — Будет интересно посмотреть.

Да, я веду себя очень вызывающе. Вот только эта двуличная крошка, которая, как оказывается, скрывает под образом скромной недотроги-заучки крайне страстную и свободную натуру, совсем забыла, кто я. И я подготовился — окутал нас небольшим пологом, заставляющие случайно брошенные на нас взгляды скользить мимо.

Я не только наклоняюсь еще ниже к ее нежному лицу. Я аккуратно провожу большим пальцем по острому подбородку и проскальзываю указательным на изящную скулу под вуалью. Принцесса дергается и порывается подняться. Но я крепко обхватываю всей ладонью ее лицо и притягиваю к себе. Целую. Деликатно. Почти невинно.

Девушка вполне ожидаемо взбрыкивает. И толкает меня — одновременно ладонями и магией. И хотя я к этому вполнеготов, делаю вид, что ошеломлен. Послушно отступаю, одновременно скользя пальцами по плечу и цепляясь за кружевной платочек. Восхищенно замираю и задерживаю дыхание, когда тонкая ткань слетает и остается в моей руке. И обнажает крайне откровенное декольте, демонстрирующее идеальную линию плеч, упругие полушария и соблазнительную ложбинку между ними.

Один только взгляд на это привлекательное зрелище — и в брюках становится очень тесно. И если сначала я планировал отпустить инициированную мной девочку — подумать, да свыкнуться с интересными мыслями, — то сейчас у меня появляется другая идея. Очень и очень воодушевляющая.

Когда принцесса резко поднимается и устремляется прочь, я жду всего секунду. И иду следом. Наличие задних дверей позволяет обойти всю эту собравшуюся толпу. Но в коридорах полно стражи. И перед ними Эмма не позволяет себе резких движений. Идет степенно и величественно. А я — за ней. Тоже неторопливо и деликатно не приближаясь.

— Что… — успевает выдохнуть девушка, когда я обхватываю ее за живот и резко поворачиваю к себе, — Отпустите!

— Неа, — урчу я самодовольно снова вдыхая ее аромат, — Моя! Ты моя!

Прижимаю к себе и снова целую. На этот раз крепко и бесцеремонно, вторгаясь языком в ее рот. Несмотря на толчки и удары ее маленьких кулачков, исследую нежную влажность своими губами и языком, вызывая в ней ответный отклик. И хотя принцесса яростно сопротивляется, я чувствую это. Как быстро ее пламя разгорается под натиском моего огня. Как легко ее тело вспоминает близость моего собственного, тепло моих рук и жар дыхания.

И все-таки она находит в себе силы — больше моральные, чем физические, для того, чтобы пребольно укусить меня за губу. Вот тебе и благодарность за наслаждение!

Но я все равно самодовольно ухмыляюсь, делая, как она хочет — слегка отпрянув, позволяю ей вдохнуть воздуха и перевести дыхание. Пока она это делает, я поднимаю ладонь и резко сдергиваю с ее головы вуаль.

И снова замираю в восхищении. Ее глаза не голубые, как у отца. И не серые. А зеленые, как у матери. Только оттенком посветлее и поярче, с изумительной каймой вокруг радужки темно-бурого цвета. С невероятно длинными и пушистыми ресницами. С выражением диким, яростным и необузданным. Скромной затворнице, какой все считали принцессу Эмму-Александрию, такойвзгляд принадлежать не мог. А вот моей трепетной любовнице — очень даже.