Книга Девочка из глубинки. Книга 1, страница 133 – Слава Доронина

Но стоит подумать о покое, как телефон Демьяна раздаётся звучной трелью. Благо звонит Степанида — у него на бабушку отдельная мелодия.

— Миш, возьми, руки заняты. Скажи, после ужина перезвоню.

— Дёма… — слышу её взволнованный голос в трубке, нажав на зеленую кнопку. — Дёма, мне кажется, я нашла её… Пятно на ноге. Моя метка. И появилась девочка как раз в тот момент, когда я тебе новую куклу на оберег сделала. А еще Саида ей снится. Все сходится, Дёма…

Сходится?.. Что сходится? На мгновение забываю, где я, кто я и что вообще делаю на этой кухне.

— Дема? Слышишь?

Голова взрывается от новой информации, которую, по-видимому, услышать была не должна. Но услышала… Не знает она, кто мне снится, да? А оказывается, у этой женщины из сна даже имя есть.

— Он… Он перезвонит, — отвечаю Степаниде и завершаю разговор. Медленно кладу телефон на столешницу и все еще пытаюсь уложить этот день в голове. Самое непростое мое лето. Не считая самой сложной зимы, когда не стало матери.

Демьян, закончив с нарезкой салата, вытирает руки о полотенце.

— Что бабуля хотела? Ты чего зависла, Миш?

— Кто такая Саида? — прямо, в лоб, спрашиваю я.

Демьян замирает, сдвигает брови у переносицы, и на мгновение выглядит растерянным, а в следующую секунду берет себя в руки.

Правда ответить не успевает — телефон снова звонит, и это уже не Степанида, мелодия звучит иначе и на дисплее высвечивается имя какой-то Лейлы.

Выражение растерянности и, возможно, страха или чего-то близкого к панике снова мелькает у него на лице.

Он поднимает палец вверх, прося тишины, и отвечает на звонок. Мне ничего не слышно — и жаль, потому что лицо «щедрости» мгновенно меняется: в глазах появляется обреченность и паника.

— Понял. Сейчас буду, — на автомате засовывает телефон в карман домашних брюк и, потеряв ко мне всякий интерес, выходит из кухни и направляется в спальню.

Я иду за ним, ничего не понимая. Наблюдаю, как он быстро одевается; с тем же задумчиво-напряженным лицом проходит мимо и идет к входной двери.

— Ты куда? — спрашиваю.

Он оборачивается, будто вспоминая, что я существую.

— Мне надо отъехать. Я… скоро.

— А ужин? Тебе бабушка звонила, и ты на мой вопрос не ответил.

Потом он делает шаг, целует в макушку и уходит. Все так же молча.

Я стою, как истукан, несколько минут пялюсь на нее, ничего не понимая, затем возвращаюсь на кухню, потому что отбивные, кажется, пригорают, и в реальность врывается запах гари. На столе миска с салатом и небольшой беспорядок — и явно не такой, как внутри моей головы.

Куда он поехал на ночь глядя? Я ревновала к Тане, а тут у него целая армия женщин: Саида, Лейла, знакомая Лиза. И еще сколько их…

Саида…

Бегу в спальню за телефоном и набираю Степаниду. Она отвечает на четвертом гудке.

— А вы же заверяли, что не знаете, кто мне снился. Кто такая Саида? — едва сдерживаясь, не ляпаю про Лейлу, но тогда бы бабушка догадалась о нашей связи с Демьяном, потому что я не просто ревную, я сейчас буквально схожу с ума. И больше от неизвестности, что это заистория, что эта за женщины.

— Мишель, — строго произносит она, и нутром чувствую, что сейчас начнет опять увиливать от разговора, включать дуру, будто не понимает о чем я.

— Девочка с меткой? У нее такая же? — говорю ее же фразами. — Вы принимали роды моей матери? Специально облили меня кипятком, чтобы проверить какие-то свои догадки? Могли бы просто попросить — я бы показала это пятно. Мама считала, что оно опасное, возила к генетику, а оно… от вас выходит?..