Книга Рынок чувств: отыграть назад, страница 143 – Кэт Лорен

После возвращения из больницы мы серьезно поговорили. Я рассказал ей все без утайки, но некоторые детали скрыл. Как, например, самоубийство Виктории в квартире моего брата. Денис позвонил мне на следующий день и рассказал мне все, начиная с ее неожиданногопоявления у него на пороге, признания девушки и что обнаружил ее на полу своей кухни. Вика была до такой степени испугана произошедшим, что перерезала себе вены кухонным ножом. Не хочу даже думать о том, что сделал бы с ней, поэтому был рад, что девушка сама решила свою судьбу.

Вадим все еще находился в коме. И это то, что держало всю семью в подвешенном состоянии. С тех пор как я узнал, что стану отцом, часто задавал себе вопрос, что переживали родители. Особенно мама. Поэтому Мари права. Я должен засунуть свою гордость в одно место и навестить близких. Тем более Дэн сказал, что родители снова улетают в Германию после Пасхи.

***

Дом родителей встретил нас непривычной тишиной. Я видел счастье в глазах матери. Она была искренне рада тому, что мы, наконец, вылезли с Мари из своего убежища. Отец сохранял серьезное выражение лица. Он был зол и обижен на меня. И я тоже, но уступать первым совсем не хотел. Папа даже не смотрел в мою сторону.

Обычно за столом мы, не переставая, говорили, но сейчас сидели в тишине. Денис с Марком ударили свои яйца друг о друга.

– Как у тебя всегда получается выигрывать, – пробурчал младший брат.

– Все просто: я старший.

Ева была подозрительно молчалива, ковыряла в своей тарелке, не поднимая ни на кого взгляд.

Все будто шли по тонкому льду. Мама улыбалась Маше особенно тепло. И я был благодарен ей за это. За столом время от времени говорили о чем угодно: о погоде, о предстоящей поездке, о глупых мелочах. Только не о главном.

В воздухе висела общая боль. Вадим.

– Интересно, как там Леша… – вздохнула мама.

Насколько мне известно, его наркотическая зависимость уже не была для всех тайной. Скрывать это после произошедшего было трудно. Денис сказал, что Леха уехал в Тибет. На этот раз по-настоящему. Он прислал смс и просил его не искать. Не думаю, что могу винить его в том, что он бросил семью в такой трудный час, потому что сам поступил также в какой-то степени.

Я ловил себя на том, что жду момента, когда больше не смогу молчать. И в какой-то миг просто встал.

– У нас есть новость, – сказал я, и в комнате стало так тихо, что было слышно, как тикают часы. – Хорошая. Радостная.

Я почувствовал, как Маша сжала мою руку.

– Мы с Мари ждем ребенка, – продолжил я. – Вчера узнали, что у нас будет мальчик.

Секунду никто не двигался. А потом все взорвалось: поздравления, слезы мамы, радостные возгласы, объятия. Машу обнимали бережно, будто она была стеклянной. Она широко улыбалась. Впервые за долгое время по-настоящему.

Я смотрел только на отца. Он продолжал сидеть на месте, холодно смотря на меня в ответ. Потом поднялся, подошел к моей жене и обнял.

– Поздравляю, – сказал он сдержанно. Слишком сдержанно. – Это… Большая новость.

Ни улыбки. Ни радости. Только напряженная складка между бровей.

– Машенька, какой срок? – торопливо спросила мама.

– Почти шестнадцать недель.

Рот мамы приоткрылся от шока, и она ахнула.

– Боже мой! – воскликнула она. – И вы все это время молчали? Божечки, какое счастье!

И в этот момент радостные возгласы присутствующих прервал громкий звон удара столовых приборов о фарфор. Все обернулись и вопросительно посмотрела на Еву, которая продолжала сидеть на своем месте и не участвовала в поздравлении. Сестра стала громко рыдать, заставив всех нас впасть в недоумение.