Книга Строго 18+, страница 122 – Алайна Салах

— Это наша гостиная и спальня… — объявляю я, щелкая выключателем гостиной. — Нам пришлось сделать передвинуть стеллаж, чтобы создать эффект двух комнат.

— А в них что? — Данил кивает на пакеты, стоящие вдоль стены.

— Немного неловко об этом говорить, если честно, — я издаю натянутый смешок.

Данил мечет в меня весело-вопросительный взгляд. Так он смотрел на меня, когда мы были в баре, чтобы удостовериться, что мне нравится шутка.

— Тогда мне тем более интересно.

— Это часть моих старых вещей, — признаюсь я после секундных раздумий. — Платья, туфли, сумки. Я их постепенно распродаю.

— Почему?

— Потому что их слишком много, и потому что они больше мне не соответствуют. Ну или я им, — я смущенно пожимаю плечами. — Они прилично стоили, вот я и решила — чего добру пропадать?

— Рациональный ход, — замечает Данил без толики осуждения. — И как идут продажи?

— Ты бы удивился, зная, на сколько я уже продала, — заговорщицки улыбаюсь я. — На брендовые вещи огромный спрос. Даже бывшие в употреблении.

Данил тоже улыбается, и кажется, впервые за сегодняшний вечер делает это тепло и искренне.

— На что потратишь?

— Сначала думала, что нужно выучиться на права и купить машину, но потом передумала. До моей работы всего-то двестанции по прямой. Если нужно куда-то съездить, можно на такси или попросить Тею. Поэтому пока откладываю. Может быть, когда определюсь, с тем, что мне ближе, пойду за вторым высшим. — Я натянуто смеюсь. — От первого-то у меня только диплом и ноль знаний.

— Молодец. — Помолчав, Данил прочищает горло и кивает на стеллаж. — Так что там с фотографиями? Хочу увидеть путь твоей эволюции из кузнечика в бабочку.

Чтобы достать фотоальбом из стеллажа, я встаю на цыпочки, хотя нужды в этом нет: он и так находится на уровне моих глаз. Делаю это для того, чтобы позволить платью немного задраться, и Данил еще немного смог полюбоваться на мои ноги.

То, что маневр достигает цели, я чувствую по ощутимому покалыванию под ягодицами и в икрах. Этот завуалированный флирт заводит меня саму: делает движения плавнее, заставляет кровь жарко пульсировать в венах, а глаза гореть.

— Так, нашла, — я снимаю с полки увесистую папку из кожзама — единственную вещь, сохранившуюся из детства. — Фотографий здесь много, поэтому будем смотреть на перемотке.

Я опускаюсь на диван рядом с Данилом, но немного не рассчитываю с расстоянием, и мое бедро плотно упирается в его. Волнение быстро маскирую непринужденной улыбкой.

— Спорю, нечасто тебе в гостях приходилось смотреть чьи-то детские фотографии?

— Ни разу, — глухо отвечает Данил, забирая альбом из моих рук. Его пальцы, сжимающие обложку, заметно белеют.

— Итак, задание номер один: попробуй найти кузнечика. — Я тычу в первый попавшийся снимок, где помимо меня, есть и другие младенцы. По рассказам мамы одновременно с ней забеременели сразу три соседки по дому, и они практически каждый день вместе гуляли на детской площадке и много фотографировались.

— Вот, — Палец Данила безошибочно находит меня. — Это было нетрудно.

— Правильно, — растерянно роняю я. — Но как ты узнал? Мне здесь от силы месяца три, и такие щеки как у разъевшегося хомячка.

— Узнал по твоей матери. Вы с ней очень похожи.

— Ей бы вряд ли понравилось такое сравнение, — натянуто рассмеявшись, я ерзаю на диване. — Она считала меня жутко некрасивой.