Книга Профессор Астор, страница 121 – Катарина Маура

Колтон просто смотрит на меня, и в его взгляде читается противоречие.

– Мама сказала, что ты так скажешь, но это неправда. Она сказала, что Лея – причина, по которой вы с ней больше не вместе. Она сказала нам, что Лея – разлучница.

Я поднимаю взгляд на Лей, и выражение ее лица разбивает мое гребаное сердце. Проклятье. Что, мать твою, вообще происходит? Как, черт возьми, Элис могла так с нами поступить?

– Это неправда, милый, – возражаю я. – Я клянусь тебе, что это неправда. Мы с твоей мамой все равно бы развелись. Лея не имеет к этому никакого отношения. Ты ведь знаешь ее, правда? Разве она не любила тебя всегда, не заботилась о тебе?

Колтон неуверенно кивает.

– Но вы оба лгали нам. Мама говорит, что ты обманул нас и сказал, что она наша няня, хотя на самом деле она твоя девушка, и ты просто хотел, чтобы мы к ней привыкли.

Я вздыхаю и провожу рукой по волосам.

– Колт… С тех пор, как Лея стала вашей няней, разве ты постепенно не полюбил ее? Разве ты не начал воспринимать ее как члена нашей семьи? Со мной случилось то же самое. Когда она начала работать вашей няней, она и правда была просто вашей няней. Но со временем я влюбился в нее. Ты можешь это понять?

Он поджимает губы и кивает. Мой милый мальчик понимает это, потому что он тоже влюбился в Лею. Не совсем так, как я, но она тоже украла его сердце.

– Маме все еще больно, Колт. Бывает, в гневном порыве ты говоришь то, чего не имеешь в виду, верно? Мама тоже так делает. Матери и отцы – всего лишь люди, Колт. Иногда мы говорим то, чего не имеем в виду. Маме немного обидно, что Лея стала частью нашей семьи. Ей тяжело, понимаешь? Вот почему она так говорит, но на самом деле она этого не имеет в виду.

Он кивает и опускает глаза, как будто обдумывает мои слова и пытается понять, что правда, а что ложь. Жаль, что моим детям приходится проходить через такое. Чертова Элис. Какая же она стерва. Я сделал все, что мог, чтобы у нас была возможность совместно заботиться о детях, даже впустил ее в свой дом, рискуя расстроить Лею. Я дал ей больше, чем она заслуживала после того, как разрушила нашу семью, а она отплатила мне ударом в спину.

– Иди, – говорю я Колтону. – Готовься ко сну.

Он кивает и поднимается по лестнице с задумчивым выражением лица. Дети столько всего пережили. Не могу поверить, что Элис подвергает их еще большим страданиям.

– Прости, детка, – говорю я Лее. Я подхожу к ней и обхватываю ладонями ее щеки, прежде чем поцеловать в лоб. – Мне чертовски жаль.

Она качает головой.

– Мы знали, что это рискованно. Я… честно говоря, такого я не ожидала, но мы справимся с этим. Я уверена, что у нас все получится.

Я смотрю в ее глаза, впитывая ее безмолвную уверенность, смешанную с болью. Это я люблю в ней больше всего. Непоколебимая стойкость. Я никогда раньше не ощущал подобной стабильности, и это безумие, насколько уверенно я чувствую себя в наших отношениях. Лея не собирается уходить от меня сейчас, когда мы столкнулись с такими трудностями, и я не сомневаюсь, что мы преодолеем все преграды, которые нас ждут.

– Пойду-ка я проведаю Люси.

– Мне стоит уйти. – Она отводит взгляд.

Я качаю головой.

– Об этом и речи быть не может. Они все равно теперь знают. Мы продолжаем жить дальше, детка. Вместе.

Она кивает, и я еще раз целую ее в лоб, затем поднимаюсь по лестнице и молюсь, чтобы мне удалось вразумить свою дочь, когда больше всего сейчас мне хочется вернуться в дом своей бывшей жены и потребовать гребаных объяснений.