Онлайн книга «Любовь без дублей. Истории-перевертыши, которые помогут по-новому взглянуть на жизненные трудности»
|
Еляна шла с работы и планировала вечер: сегодня она будет готовить домашние котлеты по рецепту бабушки. * * * Бабуля жила под Рязанью в деревне Головачёво. Три века назад её основали потомки рыцарей Ливонского ордена, как они сами себя называли, осевшие в этих местах после кровопролитных сражений отнюдь не по своей воле. По сохранившемуся поверью, в конце XVIII века в эту местность сослали людей в потрёпанном европейском платье, в самый центр Мещерского леса, бежать откуда было делом бесполезным – либо сам в болотах утонешь, либо зверь разорвёт. Еляна так и представляла себе этих вельмож в потрёпанной, прежде богатой одежде, когда бабушка рассказывала очередную историю, дошедшую до неё от родителей или односельчан. Будучи людьми образованными, дальние предки, оказавшись в глухом лесу, проявили смекалку и приложили все свои знания на создание человеческих условий для выживания – своего и своих потомков. Не хотели пришлые люди делиться навыками по строительству и обработке полезных металлов с местными. Зато деревню знатную заложили. Дома крепкие по науке построили. В итоге соединились родственными узами с местным населением – куда же без этого? Нарожали детишек и прочно слились с землёй русской. В 1913 году к деревне была проложена узкоколейная железная дорога, она обслуживала предприятие по заготовке леса и торфа. Родители бабули приехали работать на это предприятие совсем молодыми, обустроились, поставили дом, в нём и остались. На лесозаготовке трудилось всё местное население. Коров доили, детей кормили, оставляли на стариков, когда взрослые уходили валить и обрабатывать лес. Из леса брёвна тащили хлыстами, а потом грузили в вагоны. Село разрослось, насчитывало около 800 человек. Там и родилась Марфа Семёновна, бабушка Еляны, и её сёстры, там прошло всё их детство и молодость. Там же бабушка пережила войну, помогая эвакуированным из Ленинграда. В их доме жило несколько семей. Все вместе переносили тяготы судьбы, вместе работали и готовили. Этим рецептом с бабулей поделилась пожилая женщина, которая жила в их доме в то тяжёлое время. Котлеты получались невероятно сочными и воздушными. «Мой дед служил у одного генерала, его жена частенько устраивала богатые застолья. Дед был поваром, – рассказывала эвакуированная ленинградка. – Тогда уже модно стало подавать блюда по очереди. Такая подача, во-первых, давала возможность гостям отведать пищу горячей, а во-вторых, грамотно чередовать вкусы. Во Франции в это же время всё приготовленное выставляли на стол одновременно, это было свидетельством богатства приёма. Несмотря на спиртовки, горелки и поддоны с горячей водой, еда быстро остывала, заветривалась и становилась невкусной. Французы долго сопротивлялись русской подаче, якобы так пустым выглядит стол… На самом деле у них просто не хватало персонала, а точнее, средств на его содержание. На банкетах у генерала, по рассказам деда, стояло аж по три лакея за каждым гостем, пировали с размахом и изысканным меню, соревнуясь между собой. Оттуда в их семью и пришёл рецепт скобелевских битков, а по-простому – котлет по-скобелевски». Далее коренная жительница Ленинграда, оказавшаяся в глухом рязанском селе, так живописно и с таким смаком описывала приготовление этих волшебных битков, что все, слушавшие в избе, словно отведали их сами и побывали на том генеральском приёме, – уж очень артистичная была женщина. Готовить их во время войны всё равно было не из чего, про них только говорили, вспоминая как что-то хорошее из той, обычной жизни. Словно на спектакль сходили. Рецепт записали и убрали в дальний ящик, но потом, в более сытые времена, котлеты стали особенным праздничным блюдом на столе в доме бабушки. Марфе Семёновне уже почти девяносто, а рецепт она помнила и передала внучке, с наказом хранить и детишек своих баловать. Каждый раз, когда они приезжали к бабуле, на горячее были эти самые любимые битки по-скобелевски. |