Книга Рожденная быть второй, страница 40 – Таша Муляр

– Да ничего, дядя Леша, потом к морю пойдем, в лимане ототру.

– Наташа, так это же Паша! – произнесла шепотом Василиса. – Ну да, наш Пашка, друг Игорька. Как такое может быть? – Ошарашенная сделанным только что открытием, она, сжимая в руках жестяную кружку с водой, которую ей принесла обеспокоенная Наташа, присела на лавочку в тени цистерны и украдкой наблюдала за лошадью и новым, неизвестным ей Пашей. Тем самым, с которым они и на великах, и на рыбалку, и по садам.

Она видела теперь перед собой совсем другого человека. Да, ей было известно его имя и даже фамилия, она помнила, что знает его давно, что он – один из друзей ее брата. Все, на этом тот Паша заканчивался. А этот новый, открывшийся ей только что, совсем другой. Ее сердце вдруг распахнулось и наполнилось новым для нее чувством. Она хотела еще раз ощутить тот самый взгляд, встретиться глазами, почувствовать живое волнение внутри себя от мысленного слияния с этим человеком.

С этой минуты и она, Василиса, была совсем другой. Эта незнакомка пугала прошлую Василису и нравилась ей одновременно. Все вопросы, которые мучили ее, отступили. Ответы были найдены. С ним, да, с ним ей будет хорошо. Все равно где, главное – с ним.

Когда она чуть отдышалась и пришла в себя, в голове стали проявляться здравые мысли, которые почему-то покинули ее в момент зарождающейся влюбленности. Проявилась вторая Василиса, которая, как оказалось, никуда и не уходила, а просто временно притихла. Теперь же она почувствовала свою силу и дала волю тревожащим ее вопросам: «Ты что, с ума сошла? С другом брата? Он же старше тебя на три года! Через месяц в армию уйдет. А ты? Что будешь делать? А родители? Отец разве согласится? И вообще, что ты себе придумала? Подумаешь, посмотрел на тебя с лошади! Фантазерка!» – удивляясь самой себе, она чувствовала, что сегодня ей почему-то все равно, что говорит та, вторая. Она точно знала, что ей нужен Паша. И как только она раньше его не видела? Как это получилось? Наваждение какое-то! Что теперь будет? Идти к нему или ждать, пока сам подойдет? А вдруг это только ей такое показалось, а он просто на нее посмотрел?

– Василиса, Вась! Ты как там? – громко издалека позвала ее Наташа. Она оставила Василису, убедившись, что с той все в порядке, и ушла продолжать работу. Закончив все, что просили, вернулась. – Там ребята после замеса на море собираются, отмываться, нам еще корзины с вкуснятиной дадут с собой. Пойдем? Пожалуйста! Мне так интересно, в Москве такого точно не увидишь. Да мы и правда все как чушки перепачкались! – Она показала руками на свою одежду. – Хорошо, что ты меня переодела, платью пришел бы конец.

– Пойдем, конечно! Это самое классное во всей этой истории с замесом, потом знаешь как погуляем! – Василиса улыбнулась, вспомнив, как они с ребятами потом допоздна дурачатся на пляже, собирают выброшенные на берег причудливые сухие ветки и тонкий, высушенный ветром камыш, разводят в темноте костер, умудряются наловить рыбы, потом пируют с захваченным с собой хрустящим домашним хлебом и сахарными помидорами, до одури купаются, просоленные, пропахшие особой смесью ароматов костра, копченой рыбы и морского воздуха. Обветренные и бронзовые уже не от глины, а от знойного кубанского солнца, прожарившего их за лето до самых косточек.