Книга Наперегонки с ветром, страница 61 – Таша Муляр

Сегодня же – совсем девчонка! Идет, подставив жаркому ветру свое, кажется, навсегда загоревшее лицо с ранними, такими милыми морщинками от солнца – лучиками вокруг глаз, она с ними борется и переживает, а ему они безумно нравятся… Он теперь представляет, где она бегала каждое лето, щурясь кошкой от яркого белоснежного солнца, мчалась на велосипеде с братом по этим полям бескрайним… Жаль, что он не знал ее такую – юную, пронзительную, с длиннющими черными, как морские волны, волосами, – именно такая она на детских фото, которые они вчера разглядывали. «Жена», – как приятно ему было произносить это слово вслух, он даже чаще звал ее при людях женой, чем по имени.

Юра шел за ней, любовался ее легкой пружинящей походкой, поворотом изящной шеи с высоко посаженной аккуратной головкой – да, несомненно, стрижка ей идет, стильно и необычно, такой волос черный и вьющийся, но ему бы так хотелось, чтобы она отрастила волосы и он смог зарыться в них, ощутить ее запах. Только тут он наконец понял, чем пахнут ее особенные духи. Он такого аромата никогда не встречал.

– Слушай, такой парфюм у тебя необычный, что это? – спросил он у нее еще на одном из первых их свиданий, когда уже можно было задать такой вопрос, не показавшись бестактным. Надо же, он с ней так же всего боялся, как она сейчас; приехав в станицу, боялся спугнуть ее, хотел понравиться.

– Нравится? Мне тоже… Знаешь, так удивительно, мне эти духи из путешествия подруга привезла, мы работаем вместе. Она в дьютике купила, в аэропорту. Они французские, какой-то лимитированный выпуск от известного бренда. Называются «Летняя акварель», если перевести, а вообще «Aquarelle d’été», – продекламировала она на неумелом французском, коверкая слова и закатив театрально глаза. – Мне самой очень они нравятся, прямо мои-мои!

– Да, – он вдохнул еще раз, осмелившись впервые приблизиться к ней на расстояние, допустимое между близкими людьми. – Тебе очень подходят. Ты знаешь, что один и тот же парфюм по-разному раскрывается на разных людях, ну, если качественный, конечно.

– Вот-вот, это и удивительно, я давала девчонкам на работе попробовать, а они и правда на всех по-разному раскрывались, мы все обалдели.

Да, эти духи пахли морем, ветром, просторами этими необычайными, травами, фруктами, всем тем, чем он хотел обладать – ею.

* * *

* * *

Зря, зря они сюда приехали! Василиса шла на несколько шагов впереди Юры и мысленно анализировала: она все должна была разложить по полочкам, продумать и сделать выводы. Ей казалось, что муж вообще не в восторге от этой прогулки, да и от поездки тоже, что ему не нравится их высохшая и выгоревшая к концу августа земля, палящее дневное солнце – тоже еще выбрала время для прогулки! Он вчера явно перебрал с ее отцом и братом, которые привыкшие и сегодня – как огурчики, а Юре было явно не по себе с утра от такой тяжелой пищи: ох уж эти пироги, поросята, рыба, выпивка да разносолы – жуткая смесь! Нет, ей он ничего не говорил, но она-то видела.

А тетки эти станичные, которые им по пути встретились! Вот дуры, прости господи! Опять это бесконечное:

– Ой, Васенька, это твой муж?