Книга Мрачные ноты, страница 34 – Пэм Гудвин

«Он обещал, что не будет ничего непристойного».

Так почему же все это кажется мне неправильным?

Это неправильно.

Я резко одергиваю рубашку вниз и отворачиваюсь, чтобы забрать свои вещи. Он хватает меня за плечо, впиваясь пальцами, и разворачивает обратно.

– Покажи мне, или я сообщу о телесных повреждениях.

Его резкий и бескомпромиссный приказ рикошетом отдается в голове. Если он доложит обо мне, я могу потерять свой дом, учебу и своего кота. А Шейн… Господи, мой брат поквитается за это жестоко и беспощадно.

Я задираю рубашку и придерживаю ткань под грудью. Внутри все сжимается, когда он отпускает мою руку, и я встречаюсь с ним взглядом.

Все, что я вижу, – это ледяную голубизну, бесконечный арктический пейзаж, словно смотрю на неизведанный мир.

Его ноздри раздуваются, а на напряженном лице отражаются непонятные мне эмоции. Я ничего не скрываю, по крайней мере, под рубашкой ничего нет. Если не считать пореза на губе, Шейн не оставил на мне ни царапины с той ночи, когда я застукала его на диване (моей постели) трахающим какую-то бедняжку. Я не постучала в дверь собственного дома и за это заработала жуткий синяк на животе. Но мистер Марсо его не найдет, поскольку следы исчезли еще на прошлой неделе.

Он опускается на корточки и ледяным взглядом оглядывает мой торс до пояса юбки, затем скользит вниз к подолу, прикрывающему колени.

– А теперь подними юбку.

Я перевожу взгляд на дверной проем и пустой коридор. Присев, мистер Марсо больше не заслоняет меня своим телом от посторонних глаз, а его глаза находятся на уровне моих бедер. Последний звонок прозвенел час назад, но многие ученики остаются на индивидуальные занятия. Даже сейчас по коридору разносится легато кларнета.

Любой может пройти мимо и предположить худшее. Вот она я, местная потаскушка, выставляющая напоказ свое тело перед учителем.

Холодный пол под босыми ногами заставляет меня чувствовать себя еще более обнаженной, и я жалею, что сняла обувь во время нашей беседы.

– Я у всех на виду. Кто-нибудь может меня увидеть.

– Это моя забота. – Его сильные руки покоятся на согнутых коленях, ладони сжимаются в кулаки между разведенных бедер. – Я не собираюсь повторять свой приказ.

Я опускаю рубашку и прикрываю живот. Теперь юбка? Что же мне делать, черт побери? Он находится в необычной для мужчины позе, ниже меня, его лицо оказывается на уровне моих бедер. В более уязвимом положении, верно? И все же он по-прежнему пытается командовать. Я могла бы зарядить ему коленом в нос и убежать. Но я не уверена, что мне это нужно. Или что я этого хочу.

Проклятье. Я сжимаю пальцами переднюю часть юбки и поднимаю вверх до середины бедер.

– Выше.

Приподнимаю подол еще на дюйм. Неужели он не видит, как дрожат мои ноги? Насколько высоко он хочет, чтобы я задрала юбку?

– Выше.

Его хриплый шепот вылетает в пространство, разделяющее его лицо и мои бедра. А его руки так близко, что он может схватить меня за ноги, если таков его план. Легкая дрожь охватывает его пальцы, и я напрягаюсь.

«Но он учитель. Он не позволит себе прикоснуться ко мне».

Поскольку я его ученица, то должна доверять ему и делать так, как он велит.

Комкая свободный край юбки под трусиками, я прикрываюсь рукой и демонстрирую ему свои ноги, не показывая лишнего.

– Что вы ищите?

– Разведи ноги в стороны.