Онлайн книга «Мрачные ноты»
|
В центре помещения, на небольшой платформе, стоят два рояля, повернутые лицом друг к другу. Инструменты расположены достаточно близко, чтобы разделить длинную скамью между ними. Это будут наши рояли? Где мы будем играть вместе? Свет софитов, зрители, музыка? – Боже, Эмерик, ущипни меня. Что он и делает, прямо за сосок, настолько сильно, что я вскрикиваю. Подведя меня к витиеватой стойке бара, он прислоняется к ее краю. – Когда я купил его несколько месяцев назад, я пытался найти лазейку, но из-за этого, – он жестом указывает на полки с алкоголем, – твое имя не будет указано в лицензии, пока тебе не исполнится двадцать один год. – Эмерик берет мою руку и целует мои пальцы. – К тому времени ты уже станешь миссис Айвори Марсо. Мое сердце поет завораживающую мелодию. – Ты в этом уверен? – Можем поспорить на твою аппетитную попку. – Эмерик шлепает меня по заднице. – Ступай, осмотрись. Мне столько нужно осознать, что я чувствую, как земля уходит из-под ног. Пиано-бар. Прямо как у моего отца. Слезы радости катятся по щекам, когда я обхожу высокие столы, мягкие кресла, обтянутые красным бархатом, и черные кожаные диваны. Люстры с лампами в виде свечей окутывают пространство теплым светом. И рояли… Я останавливаюсь возле одного из «Стенвейев», и мои пальцы моментально находят столь знакомую мне царапину на крышке. Полными слез глазами я нахожу Эмерика на другом конце бара все так же прислонившимся к барной стойке. – Я приобрел его в тот же день, когда познакомился со Стоджи. Он твой, – говорит Эмерик, закидывая в рот жвачку. Я вновь смотрю на рояль и едва могу сделать вдох от охватившего меня счастья. – Я сейчас разрыдаюсь… – Я готов покупать тебе пианино каждый день до конца своей жизни, лишь бы видеть твои прекрасные слезы. Он медленно приближается ко мне, сцепив руки за спиной. Этот взгляд его глаз, преданность, окаймленная желанием, – моя главная нота, музыка, которая наполняет меня, вибрирует во мне, погружая в гармонию с самой собой. Эмерик подходит ко мне сзади, обнимает за талию и прижимает к себе так, что я чувствую, как твердеет его член и упирается мне в задницу. – Стоджи продал свой магазин. Ошарашенная новостью, я оглядываюсь на Эмерика. Он касается губами моего уха. – Но этот засранец не собирается отправляться на заслуженный отдых, и мы кое-что придумали. Он будет помогать мне с инвентаризацией и наймом персонала. И я поселил его в одном из креольских домов в квартале отсюда. Меня переполняют эмоции, и я пытаюсь разобраться в своих мыслях, анализируя все, что Эмерик сделал, и будущее, которое он открывает передо мной. – А что же будет с твоей преподавательской карьерой? Как бар восполнит эту потребность? – У меня же есть ты. И когда ты превзойдешь меня… – Мне никогда тебя не превзойти. – Здесь есть второй этаж с отдельным входом с другой стороны здания. Я открою «Школу старого рокера», где буду обучать желающих исполнять метал на пианино. Ничего себе! Эмерик продумал все до мелочей, и мне остается лишь одно… Быть благодарной. Я могла бы миллион раз произнести «спасибо», но мне это не нужно. Эмерик видит соленые ручейки слез, бегущие по моим щекам. Чувствует дрожь моего тела, прижатого к нему. Слышит прерывистое дыхание, вырывающееся из моей груди. Слова попросту лишние, потому что у нас есть кое-что получше. Наши собственные ноты. Есть только мы и наша песня, мелодия, пульсирующая между нами, вдохновляющая, сближающая и делающая нас единым целым. |