Онлайн книга «Баронесса из ОГПУ»
|
– Если кураторам нужна успешно проведенная операция, они не должны вмешиваться по всякому поводу в дела и решения «Братства». – Что вы этим хотите сказать? – Хочу сказать, что в мою группу просочился информатор, который докладывал о наших шагах красным. Мне надо было понять – кто это? Теперь я могу вам заявить, что предатель мной изобличен и изолирован. В связи с этим считаю, что операцию надо ускорить, пока «советчики» не очухались и не приняли упреждающих мер. Сыграем на факторе неожиданности. Так можете и передать своим хозяевам – беспокоиться им не о чем. Я понятно говорю? – Вы уверены, что это правильное решение?.. – Все пройдет так, как надо. А теперь прошу меня извинить,господа, много дел. Не смею вас больше задерживать. Брат и сестра переглянулись, встали и, прежде чем уйти, Линь Юн бесстрастно произнес: – Надеемся, вы понимаете, что делаете. – Безусловно. Как только китайцы ушли, Хольмст вызвал в кабинет своего помощника Василевцева, хотя собирался это сделать попозже, после прихода Смысловского со товарищи, чтобы при них эффектно арестовать того. Приход китайцев ударил Александра Артуровича под руку, и он, разозлившись, не стал никого дожидаться. Когда Василевцев вошел, Хольмст потребовал у того оружие, достал из ящика стола наручники и, гаркнув: «Руки за спину!» – сцепил ими запястья. – В чем дело, Александр Артурович? – на удивление спокойно спросил помощник. Хольмст набрал полные легкие воздуха и эмоционально взорвался: – Это я должен спросить тебя, Лев, в чем дело?! Это ведь ты сдал меня японцам. Черт тебя подери!.. Но откуда ты взял информацию?.. – Вчера вечером, – не стал ни в чем отпираться помощник, – вы вызвали меня к себе, потребовав еще бутылку водки. Когда я занес, предложили выпить с вами и сказали, что всегда ко мне относились с уважением и доверием. – Дурак. – Кто? – Я! – Кгм. В знак искренности раскрыли новый срок проведения диверсии. Я спросил, согласовано ли это с японцами. Вы не ответили, обругав их матом. Видя ваше состояние и зная привычку не бросать слов на ветер, я решил связаться с нашими кураторами, с которыми вы всегда согласовывали свои действия. Это преступление с моей стороны? – Хуже! Это предательство, Лев! Донос! Ты предал наши интересы, подставил меня! И я лично пристрелю тебя, как большевистскую заразу! – в гневе схватив со стола пистолет Василевцева и размахивая им перед носом, закричал Хольмст. – Этим тоже уже позвонил? – Вы ошибаетесь, господин штабс-капитан. Я не большевик, – с самообладанием заявил тот. Казалось, он был готов к подобной выходке. – Ты – краснопузая сволочь! Молчать! – Я не большевик. Не краснопузый! Я – штатный агент японской разведки! Хольмст собрался выкрикнуть очередную едкость, но у него отвисла челюсть от удивления. – Ты?.. Ты… врешь, не верю. Слышишь?! Ты все это время врал и скрывал, и… сдавал, сдавал, сдавал меня этим… Скажи, как мне теперь с тобой поступить? – Советую вам, господин штабс-капитан, немедленно снять с моих рук наручники, вернуть оружие и извинитьсяза излишнюю горячность. Если хотите, разумеется, чтобы инцидент между нами был исчерпан. – Вы сошли с ума, Василевцев. Что вы несете?.. Я ведь вам доверял! – А вы мне и теперь можете доверять. Мы же с вами в одной лодке. – В какой лодке? В лодке без дна? |