Онлайн книга «Агент, переигравший Абвер»
|
В районе двух часов ночи на дачу в Кунцево, на прием к Сталину (рабочий день Иосифа Виссарионовича заканчивался в пять утра и начинался в 11 часов) приехал нарком НКВД Берия. Будучи человеком рисковым, умным и дальновидным, Лаврентий Павлович тем не менее не мог однозначно предположить, чем кончится разговор. Проанализировав обстановку в Иране, изучив агентурные донесения и взвесив все «за» и «против», нарком НКВД обратился к главе государства, чтобы тот отказался от поездки в Тегеран. Слишком опасно! Сталин вспылил, категорически отвергнув предложение Берии, и при нем, вызвав наркома иностранных дел Вячеслава Молотова, дал команду готовить необходимые документы для встречи с союзниками. Лаврентию Павловичу же посоветовал: «А вы подставьте немцам подножку, чтобы у них ни длинного, ни короткого прыжка не получилось!» Уехав из Кунцево в наркомат, Берия дал команду привести в действие план, предложенный Агаянцем. Утром наступившего дня, когда Рокстрок развернул рацию для очередного радиосеанса со Скорцени, специальная группа захвата под командованием Николая Попова тихо и без шума «накрыла» шестерых немецких парашютистов. Те, включая фон Ортеля, и понять не успели, как оказались связанными в подвале советского представительства. Часа через два в камеру к штурмбаннфюреру зашел русский офицер и, обрисовав плачевную для него ситуацию, предложил сотрудничество. Ортель молчал. Тогда офицер показал ему лист бумаги с ответом Скорцени на радиограмму, посланную полчаса назад Рокстроком. Ульрих понял, что радиоигра началась без него. Дальнейший отказ означал, что максимум чего он добьется – советской пули себе в затылок! Иван Агаянц мог быть доволен результатом – парашютисты схвачены и работают под контролем. Но во время ареста немцев Майера взять не удалось. Он бежал! – Иван Иванович, я не думаю, что Майер уйдет из Тегерана, когда грядут такие события, – уверенно произнес Жора, которого вызвал к себе Агаянц. – Значит, надо его искать. Но где? На раскачку у нас нет времени. Тегеран – город большой! – Думаю, нам раскачиваться и не придется. Смотрите, где он скрывался в последнее время?.. Вспомнили? Правильно. На армянском кладбище. Знает он о том, что мы его там засекли? Нет. Стало быть… может он там вновь затаиться? Может. – Молодец. Я тоже сейчас подумал об этом. – Вот и все. Я даже знаю, где на кладбище находится его «логово» – землянка, в которой хранится технический инвентарь – лопаты, грабли, вилы, ведра и носилки, кажется. Там у него лежак. – Амир, будем его там брать. Прошу, учти и ребятам скажи, чтоб никакой самодеятельности не разводили. Слишком все серьезно. – Понимаю. Но вы обещали «подумать» насчет меня. – Ох, понимает он. Ты знаешь, что брать его будет Коля. Он – спецназ. Специально этому обучен. А ты – разведчик. Не твое дело – оружием махать и руки выкручивать врагу. Но раз это связано с Муратом… я дам тебе знать. Но чтоб все было под контролем. Под моим! Понимаешь? – Понимаю. Ответ, который пришел Агаянцу из Центра, на просьбу согласовать действия по аресту Майера, мог удивить кого угодно, но только не Ивана Ивановича. Он привык подчиняться приказам и не обсуждать принятые «наверху» решения. А приказ был такой – «Майера не арестовывать и не трогать ни под каким предлогом!» Второе, что надлежало исполнить, – во время радиосвязи со Скорцени дать условный сигнал – «Провал», означающий: «Группа Ортеля арестована советской контрразведкой и работает «под контролем». |