Книга Агент, переигравший Абвер, страница 64 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

К началу ноября 1943 года Франц Майер, подлечившись после ранения и оправившись от потери своей верной помощницы Лили Санджари, был готов к борьбе. Порой до зуда во всем теле ему хотелось мстить своим врагам за то, что в Тегеране, в городе, в котором он некогда чувствовал себя вольно, теперь рыскал, как загнанный зверь, вынужденный скрываться по грязным квартирам. Но час возмездия недалек. Пусть у него нет в подчинении армии, народа, государства, однако он – Майер! – будет вершить историю вот этими руками, уничтожив трех возомнивших себя хозяевами мира недочеловеков.

Прошло уже что-то около сорока минут, как Майер был в пути. Старенький черный «Мерседес», за рулем которого он ехал в Кум – священный мусульманский город, судя по показаниям спидометра, более шестидесяти километров в час не выдавал. Стало быть, ехать предстояло чуть более полутора часов, чтобы одолеть расстояние в семьдесят пять километров. На календаре было седьмое ноября – большевистский праздник. В этом ему виделось нечто зловещее. Майер следовал в Кум, чтобы встретить немецкий десант из шести парашютистов, в их числе двух радистов. Им предстояло наладить устойчивую связь со Скорцени и подготовить плацдарм для принятия основной группы диверсантов.

Майеру и в голову не приходило притормозить, сымитировав поломку в пути, оглядеться, чтобы удостовериться в отсутствии за ним хвоста. Будучи чересчур уверенным в себе, немец, в размышлениях о великих целях, не заметил следовавший за ним, правда, на приличном расстоянии, мотоцикл «Цюндап». Им управлял Жора, а в двухстах метрах от мотоцикла держал дистанцию «ЗИС» Коли Попова. В салоне с ним сидели Ашот с Оганесом. Справедливости ради надо сказать, что заметить преследователей было не так уж и просто. Те то и дело исчезали из зоны обзора водителя «Мерседеса». Понимая, что по дороге, ведущей в город мечетей, Майер никуда, кроме Кума, следовать не мог, Жора с Поповым отпускали его «за горизонт», временами лишь немного нагоняя, дабы убедиться, что все идет как надо.

По прибытии в Кум странных людей встретил Майер в городе. Шестеро бородатых мужчин, одетых в немецкую полевую армейскую форму, теснились в тени у задней стены местного храма. В этом небольшом городе позиции советской разведки были не так сильны, как в Тегеране, и немецкие парашютисты не особо опасались чужих глаз. После прибытия резидента все вместе зашли в мечеть и вскоре вышли, облаченные на манер местных простолюдинов – в синие штаны, джалабеи – длинные рубашки-платья и традиционные халаты. На головах – войлочные кулахи, а на ногах… армейские ботинки! По этим ботинкам и проследили немецких «бедуинов» ребята из «Легкой кавалерии». Но это случилось потом. А пока что Майер нанял караван из десяти верблюдов, посадил на часть из них людей, других животных навьючили мешками с оружием и боеприпасами, радиоаппаратурой и альпинистским снаряжением, и «процессия» тронулась в сторону Тегерана. Шли осторожно, обходя оживленные места окружными тропами. Расстояние, немногим более ста километров, одолели за десять дней. В пригороде Тегерана пересели в подогнанный для них грузовик и приехали на одну из главных улиц – Надери. Здесь, недалеко от британского и советского посольств, Майер снял для них виллу. Отсюда вскоре ушло в Берлин первое радиодонесение, продиктованное штурмбаннфюрером СС Ульрихом фон Ортелем старшему радисту, унтершарфюреру Рокстроку. Оно было запеленговано советской разведкой, которой стало ясно, что фашисты готовят плацдарм для приема основного подразделения диверсантов вместе с Отто Скорцени. Обстановка накалялась с каждым часом. А до прибытия в Тегеран Большой тройки оставались считаные дни.