Книга Агент, переигравший Абвер, страница 62 – Хачик Мнацаканович Хутлубян

Ульрих входил в первую группу парашютистов. Им надлежало выброситься в Тегеран, чтобы наладить связь со Скорцени и подготовить базу для высадки второй, основной группы. А следом и третьей – запасной, на случай если вторая по каким-то причинам не справится с поставленной задачей.

Обо всем этом после бутылки отличного французского коньяка, что Ортель выиграл в покер, он поведал своему с недавних пор другу – обер-лейтенанту Паулю Зиберту. Находившийся на лечении фронтовик Зиберт был настоящим офицером, способным дать в долг и с великодушием истинного арийца забыть о нем. Для такого человека Ульрих мог снять последнюю рубаху и даже… вернуть долг, но… тс-с!.. после того, как выполнит секретную… историческую миссию!.. Ему предстоит «убрать» трех «королей»… Ульрих выбрал из колоды три карты и стал по одной вскрывать – Сталина, Рузвельта, Черчилля! Операция задумана «тузами» из рейхсканцелярии. Приказ Гитлера! Зондеркоманду поведет лично Отто Скорцени – гений диверсий!

Когда на столе появилась вторая бутылка французского коньяка, Ортель не выдержал: «Пауль, таким героям-фронтовикам, как ты, не место среди тыловых крыс. Хочешь настоящего дела? Иди к нам в СС. Я могу поговорить со Скорцени, и тебя возьмут в нашу группу. Полетим в Тегеран! Ты достоин этого!» Зиберт действительно был верным товарищем. Видя, как «набрался» его друг Ульрих, он не бросил его, а отвез на своей машине домой. Сам же, оставив все дела на потом, той же ночью направился в лес (дело было в Западной Украине, под Ровно), в партизанский отряд специального назначения НКВД «Победители» под командованием Дмитрия Медведева. Оттуда Пауль Зиберт, он же советский разведчик Николай Кузнецов, отправил срочную шифровку в Центр о том, что, по достоверной информации, в Тегеране готовится покушение на руководителей СССР, США, Великобритании. Вскоре были переданы и более подробные данные об исполнителях. Это был конец октября 1943 года. Москва довела информацию до сведения руководителя советской резидентуры в Тегеране Ивана Агаянца и потребовала от иранского подразделения принять все возможные меры по предотвращению диверсии. Наряду с другими мероприятиями по обеспечению безопасности предстоящей встречи «на верхах» резидентура активно задействовала уже многократно доказавшую свою эффективность группу Амира.

В ресторанчике, где двое молодых людей за беседой пили чай, один обрисовывал другому контуры дела в общих чертах.

– Иван Иванович. – Вартанян допил чай и отставил чашку в сторону. – Когда придет время брать Майера, разрешите и мне участвовать в захвате. Я никогда ни о чем вас не просил.

– Тише, тише, Амир. – Агаянц улыбнулся. – Придет время, подумаем и об этом, хотя ничего не обещаю. Сам понимаешь, ситуация может измениться в любой момент. Для тебя и твоих ребят сейчас главное – не засветиться и не упустить Майера из поля зрения. Я более чем уверен, что фашисты готовят несколько вариантов ликвидации глав трех государств. Один из них – нападение по пути следования из посольства. Американское диппредставительство находится на окраине. Рузвельту придется все время выезжать на совещания. Если же конференция будет проводиться в его ведомстве, то ездить придется двум другим главам государств.

– Конференцию надо проводить в советском посольстве, а Рузвельта поселить либо в нашем, либо в английском представительстве, – подумав, высказался Жора.