Онлайн книга «Зорге. Последний полет «Рамзая»»
|
– Господин полковник, – поправив очки, ровным голосом начал Танака, – мы блокируем район, подвергаем тотальной проверке всех. Люди, фамилии которых неоднократно попадают в наше поле зрения, у нас находятся под особым наблюдением. Я их выделил в отчете. – Я вижу эти выделения. И что? Что на них есть? – Мы за ними ведем усиленное наблюдение. – Вы меня не поняли. Что о них известно, кроме того, что Зорге – высокопоставленный сотрудник германского посольства, журналист с громким именем. Что вы можете ему предъявить? То же самое Клаузен – крупный коммерсант, выполняющий заказы штаба военно-морских сил Японии. Одзаки – советник премьер-министра и очень популярный художник с большими связями – Мияги. И это ваши основные подозреваемые? Вы в своем уме? Что у вас на них есть? Что вы собираетесь делать дальше? Ходить за ними и помечать карандашом фамилии? Это все, на что вы способны? Танака, зачем мне такой следователь? – Господин полковник, – понимая, что будет «жарко», попытался сохранить присутствие духа Танака, – если позволите, я могу поделиться идеей, которая, как мне кажется, может быть очень полезной и эффективной. Но она, возможно, покажется вам несколько необычной или даже вызовет недовольство. – Что?! – Извините, господин полковник, но я понимаю, что сейчас мы сталкиваемся с серьезными трудностями в расследовании. – Танака, конкретнее. – Если у нас не получается пока дотянуться до подозреваемых впрямую, учитывая влияние и их связи, я бы осмелился предложить следующее: рассмотреть некие альтернативные варианты. Я имею в виду непредвиденные риски. С этими людьми ведь может произойти все что угодно. Возможно, несчастный случай или какое-то трагическое стечение обстоятельств, которое, к сожалению, конечно, приведет к их… уходу. Понимаю, что это деликатный вопрос, но разве мы не вправе гипотетически допустить и такую вероятность. Журналист Зорге, например, не так давно разбился на мотоцикле. Он чудом выжил, но ведь мог погибнуть. Чудо могло бы не произойти. Разве нет? – Вы сами слышите, что несете? – взорвался полковник. – И это говорит один из лучших офицеров полиции?! – Я всего лишь пытаюсь представить. Если их не станет, продолжится ли работа передатчика? Осмелюсь предположить, что… – Нет! – не дал договорить подчиненному начальник. – Я не намерен рисковать собственной головой ради ваших бредовых идей! Только потому, что вы не умеете эффективно работать! Слышите меня? – Полковник встал и нахмурился. – Усилить слежку за ними. Если эти люди действительно причастны к чему-то, нам надо немедленно установить их роль, собрать доказательства вины и тогда уже, с фактами на руках, схватить их вместе с приспешниками. Если ничего против них нет, не подсовывайте каждый раз мне их фамилии. Я категорически запрещаю вам действовать по такой схеме! И никакого самоуправства! Вы понимаете, что речь идет о подданных Германии, нашего союзника! Дело политическое! Вопрос государственной важности! Никаких шагов без согласования со мной! – Слушаюсь, господин полковник, – поправив очки на переносице, вытянулся во фрунт Танака. – Прошу простить. – Идите и работайте. Зорге работал в своем кабинете с новенькой табличкой статс-секретаря на двери, когда, постучав, вошел майор Шолль. Он положил на стол папку с японскими материалами допросов и показаниями советского перебежчика Генриха Люшкова для ознакомления. |