Книга Огоньки на воде, страница 64 – Тесса Морис-Судзуки

– Лимонад – это божественно.

Разливая прохладную жидкость по высоким бокалам, Элли заметила конверт с фотографиями, так и лежавший на столе в ожидании Фергюса. Интересно, знает ли Тед об этих снимках? Знает ли он вообще о вечерних встречах Фергюса с Видой?

– Знаешь, я на прошлой неделе в Канде столкнулась с Видой. – Элли положила в миску орешки, а Тед уселся на диван и закурил трубку. – Она сказала, что ты можешь уехать в Штаты. Скажи, что это не так. Нам тебя будет сильно не хватать.

– Боюсь, это так. Только сегодня утром получил подтверждение. Конечно, мне жаль, что приходится уезжать, жаль во всех смыслах. Жить здесь – это было потрясающе, но… – Он на миг заколебался, – в последнее время все стало сложнее. Увы, не вовремя. Я был бы рад остаться еще на несколько месяцев…

Элли взглянула на лицо американца и удивилась: обычно улыбчивый, он выглядел почти несчастным.

Вообще Тед понравился Элли с первого взгляда. Было что-то привлекательное в его слегка старомодных манерах, в желании всегда вовлечь ее в свои разговоры с Фергюсом. Она точно знала, что журналисты, коллеги Фергюса, отпускали у нее за спиной полушутливые, но порой жестокие замечания насчет их с Фергюсом брака, но Тед всегда ее поддерживал. Она хотела утешить американца, но не знала, с чего начать. Будь здесь Фергюс, он бы помог, подумала она. Все-таки она не так хорошо знала Теда, задавать наводящие вопросы было неудобно, поэтому она перевела разговор в более безопасное и, как ей показалось, более приятное русло.

– А чем будешь заниматься в Штатах? Работать в Вашингтоне?

– На самом деле, – он чуть повеселел, – думаю попытать счастья в академических кругах. В Принстоне открывается вакансия, возможно, меня возьмут. Честно говоря, я не уверен, что государственная служба – это мое. Тем более чиновник на оккупированной территории. Мне кажется, что башня из слоновой кости мне гораздо ближе.

– Чепуха, – возразила Элли. – Ты прекрасно справлялся с работой, хотя не сомневаюсь, что из тебя выйдет отличный профессор. Профессор Теодор Корниш. Звучит! В этом что-то есть!

Американец туманно улыбнулся, но ничего не ответил. После паузы сказал:

– Я могу попросить тебя об одолжении, Элли?

– Конечно.

– Я так рад, что ты встретилась с Видой, потому что хотел тебя попросить – не составишь ли ты ей компанию? Извини. Наверное, звучит странновато. Но у Виды тут не так много друзей. Знакомых хватает. Но настоящие друзья – это совсем другое дело, а она не в ладах даже с родителями. И меня гложет мысль о том, что я оставляю ее одну. Это меня беспокоит.

– Что-то случилось?

– Не совсем… В целом все замечательно… Понимаешь, Элли, я и правда люблю ее.

В воздухе повисло молчание, Элли не нашлась что ответить, но Тед уже продолжал:

– Может, вы познакомитесь поближе? Загляни к ней на следующей неделе? Это будет просто здорово. Поговори с ней по душам. Вот тебе ее адрес. У нее квартира недалеко от Токийского университета. Она тебе подробно расскажет… как обстоят дела.

Элли пристально посмотрела на Теда, но его лицо оставалось нейтральным.

– Ты знаешь, что Фергюс хочет написать о Виде еще одну статью для своей газеты, о ее жизни в Китае? – спросила она.

– Конечно. Она об этом говорила. Что ж, это ее решение. Главное, чтобы не наговорила лишнего, а то не оберешься неприятностей. Странно, да? Сегодня китайцы – наши доблестные союзники, а завтра – «красная угроза», и любой, у кого есть друзья-китайцы, опасен для страны. Будь Вида школьной учительницей или государственной служащей, ее бы уже выгнали за опасные левые связи, а так ей вряд ли что-то угрожает.