Книга Калашников, страница 63 – Альберто Васкес-Фигероа

– Президент Судана разъезжает по Египту, Эритрее, Ливии, Катару и Саудовской Аравии с тех пор, как Международный уголовный суд чуть меньше месяца назад выдал ордер на его арест за преступления против человечности, – снова вступил в разговор Том Скотт. – И всеми этими поездками он лишь демонстрирует, что ему глубоко плевать на международное правосудие, которое в ответ на столь наглую насмешку только и смогло заявить: «Суд умеет ждать».

– О, еще как умеет… – признал Виктор Дуран. – Уже почти тридцать лет пытается поймать Конни. С таким примером неудивительно, что этот ублюдок спокойно разъезжает в кабриолете, на его совести сотни тысяч смертей.

– Имей в виду, что его нельзя будет доставить в суд, пока он остается у власти… – напомнила ему Валерия. – То же самое было с Милошевичем, Караджичем и либерийцем Чарльзом Тейлором. К тому же его арест сейчас сорвал бы мирные переговоры по Дарфуру и вызвал еще более серьезную гуманитарную катастрофу. Единственное утешение – его преступления никогда не имеют срока давности.

– Ну и утешение!

– Лучшего у нас нет, потому что международное правосудие работает не так, как обычное. Когда выдается ордер на арест преступника, особенно если это геноцидник, полиции всего мира ведут его поиски, даже рискуя столкнуться с сопротивлением. Но попытка задержать Аль-Башира сейчас приведет к недопустимой бойне.

– Чего я не понимаю, – вмешался Саша Гастелль, – так это почему такие страны, как Египет, Катар или даже Саудовская Аравия, рискуют своим международным престижем, играя в грязную игру этого мерзавца.

– Потому что они считают, что пока никто не расследует преступления, совершенные израильской армией против палестинцев, Международный суд действует предвзято, не имеет никакой легитимности и, следовательно, не заслуживает уважения. В день, когда он выпишет ордер на арест израильского генерала или политика, возможно, некоторые арабские страны решатся выдать мусульманского президента. До тех пор ничего не изменится.

– Ну, прекрасно! Никто и никогда не осмелится судить еврейского геноцидника.

– Но они существуют.

– Остается надеяться, что белый охотник с одним ружьем окажется эффективнее всех ордеров Международного суда вместе взятых.

– Было бы сложно оказаться менее эффективным.

– У нас появилась еще одна проблема… – с некоторой нерешительностью заговорил Том Скотт. – Кто-то начал интересоваться причинами, по которым мы следим за Чин Ли, и, зная слабые места системы, я боюсь, что рано или поздно меня вычислят.

– Ну и черт возьми! – воскликнул Виктор Дуран. – Мы рискуем стать «шпионами под наблюдением». Вот это цирк, господа, вот это цирк!

– Именно поэтому я решил, что нам лучше не встречаться на публике. Западные производители электроники смертельно боятся, что китайцы, корейцы и японцы вытеснят их с рынка, и вложили огромные средства в разжигание конфликтов вокруг колтана. Боюсь, если выяснится, что группа евродепутатов хочет устранить одного из главных организаторов этих конфликтов, они воспримут это в штыки и попытаются нам насолить.

– Но нас избрали не для того, чтобы защищать интересы кучки ублюдков-торговцев, которые разжигают бойню, уже унесшую жизни почти пяти миллионов невинных людей, – возразила Валерия Фостер-Миллер.

– И не для того, чтобы играть в мстителей, дорогая. Не для того, чтобы играть в мстителей. Наш долг – сидеть в креслах, слушать скучные речи и поддерживать поправки, предложенные нашими правительствами или партиями. Собирать деньги, чтобы нанять кого-то для устранения преступника и геноцидника, не входит в наши полномочия.