Книга Операция «Северные потоки», страница 59 – Ирина Дегтярева

Влад провернул большой старинный ключ в замке в деревянной резной двери, высоченной, с греческим орнаментом. Район-то греческий, хотя потом здесь жила семья евреев. Они уехали в Европу и сдавали дом через соседа-турка.

С привычным скрипом дверь не открылась, а уперлась во что-то. Брякнул крюк, на который ее заперли изнутри. Алена никогда им не пользовалась.

Влад постучал и в щель громким шепотом позвал:

— Аля. Открой, любимая.

Раздались шлепающие шаги — она всегда дома ходит босиком. Деревянный пол в квартире стертый, черный. Влад и сам не знал почему, но сунул руку в накладной карман своей вязаной кофты, в котором лежал диктофон, выданный ему перед отъездом оперативником, и включилзапись.

Диктофон явно не магазинный, сделанный в виде записной книжки, слегка потрепанной, с незаметной кнопкой под задней обложкой, на которую можно нажать прямо через кожзам, на ощупь.

Передумав, Влад хотел было выключить, но рассердился на себя. Чего боится? Услышать то, о чем предостерегал Олег, и записать это на диктофон? Если все так, как он говорил, дело в самом деле плохо… То, что она сидит в квартире, запершись на огромный крюк, и вовсе навело его на тяжелые мысли.

Алена откинула крюк, и, увидев его, стоящего на пороге, повернулась и ушла в глубь комнаты, не оборачиваясь. В синих лосинах и длинном сером толстом свитере. Бледная, как он успел заметить, и похудевшая. Никаких объятий и поцелуев. Но для нее это нормально. Последнее время она частенько попросту отмахивалась от него, когда не в настроении.

Она забралась в угол кровати, где, как видно, и сидела до его прихода, уставившись в экранчик телефона. Влад бросил сумку на кресло и подумал, что она села так, что ее не видно из окон, как если бы она опасалась выстрела. Из трех других окон этой комнаты виднелись купол, крест патриаршей церкви и башенка колокольни.

В квартире Влад все делал так, как ему всегда хотелось. Разноцветные шелковые и недешевые ковры на полах, на стене тоже, но большой бежево-бело-красный. Поверх ковра на стене оружие, купленное по местным лавочкам и с помощью брата Кадира, приторговывающего антиквариатом, — ятаганы с костяными резными рукоятями и один с роговой, шамшир, пала и ханчер, джамбии. Если бы тут оказался оперативник, тот самый, с невозмутимым лицом скандинавского бога Одина, ставший связным для Влада, он уж поживился бы.

Влад только сожалел, что весь этот древний арсенал ему не удастся вывезти из Турции. Однажды он повез сувенирную джамбию своему приятелю в Севастополь, так на таможенном контроле ему учинили серьезный досмотр. Правда, сувенирный ножик не изъяли, но на то он и сувенирный. Однако охотничью стойку таможенники сделали, значит, заточены на проверку подобных вещей, чтобы чего из древностей из страны не утащили.

Здесь, в Фенере, у Влада свой мирок, база, схрон, куда допущена только Алена. Но обстановку создавал, по большей части, он сам. Ее не столь беспокоило окружающее пространство. Она всегда довольствовалась малым.

В коридоре в двухбольших старых деревянных ларях хранилось снаряжение. Личное, хотя часть оборудования они оставляли в дайвинг-клубе Кадара. Баллоны, конечно, домой не таскали, хотя несколько баллонов все же стояли за входной дверью, накрытые полосатым половиком.