Онлайн книга «Четыре мертвых сестры»
|
Мы с Егором договорились, что пока никому не скажем о находке, даже милиции. Я не знала, что он ищет, а спрашивать было бесполезно, все равно не скажет. Я решила дать ему сегодня полную свободу, а сама, как обещала, собралась приготовить ужин, чувствуя себя обязанной Сомовым за гостеприимство. Вопреки моим ожиданиям, за ужином Егор выглядел скорее озадаченным, чем довольным. Значит, не нашел то, что искал. Мы с Ингой болтали на посторонние темы. Я с удивлением обнаружила, что за эти дни стала настоящим изгоем, помешанным на убийствах, и самый обычный треп типа «как прошел день», о погоде или о прочитанных книгах казался чем-то инородным, будто из прошлой жизни. Я поглядывала на пребывающего в задумчивости Егора, который так и не проронил ни слова, и, похоже, начала понимать, почему он такой резкий и нелюдимый. Мысли об убийстве не делают тебя добрее к людям. – Не понравилось? – бросила я Егору в спину, когда все начали разбредаться по своим комнатам. – Что? – Похоже, мой вопрос застал Егора врасплох. – Ужин. – Вкусно. – Вкусно, и все? – Очень вкусно. Довольна? – Теперь да. Что-то нашел? – поспешила добавить я, пока Егор не ушел. – И да и нет. – Неопределенность, как всегда? Решил загадать мне еще одну загадку? Москвин посмотрел на меня, поджав губы, а потом вдруг схватил за руку и потащил к лестнице. Мое сопротивление не остановило его. Он выпустил мою руку лишь тогда, когда буквально силком усадил на кровать. Я молчала, пока он бегал в свою комнату, а потом вернулся с той самой тетрадью – инструкцией к кукле, которая спасла вчера нашу жизнь. – В этой тетради почти все записи имеют прикладной характер. Тут формулы, чертежи отдельных элементов, кстати, формула состава того самого полимера, из которого сделана кожа куклы. Но вот тут… – Он быстро перелистал страницы. – Слушай: «Если бы я осмелился? Преодолел себя, свой страх. Но скоро, уже совсем скоро. Я знаю, что смогу. Смогу, смогу, смогу, потому что должен. Обязан». Как думаешь, о чем он пишет? – Думаешь, о Далис? А почерк? – Почерк Иволгина, смотри. – Он передал мне тетрадь, страницы которой действительно были исписаны формулами и чертежами. Запись, как и в книге из библиотеки Сомова, была сделана на полях. Егор прав, это почерк Иволгина. – Думаешь, кто-то мог подделать его почерк? – спросила я. – Зачем? Его записи – сплошной винегрет из разных почерков. А о чем это говорит? О том, что не всему можно верить. – А если сделать экспертизу? У него особенный почерк, такой ни с каким другим не спутаешь. – Нет, тут надо отталкиваться от мотива. Можешь изучить записи? Там еще пара таких тетрадей. Мне нужно уехать утром, но это только на один день. – Что, опять? А если он снова… – Не думаю, – перебил меня Егор. – Она хотела нас напугать, ей это удалось, а значит, мы будем осмотрительнее. – Напугать? Ты серьезно? Да она нас убить хотела. И вообще, ты правда думаешь, что это Далис? – Уверен, – вздохнул Егор, поднимаясь со стула. – Ты забываешь про мотив. – Тогда чем моя версия хуже твоей? Мотив – месть. Убил неверную жену, детей, которых считал неродными. Ну, кроме Яны. Подставил любовника… – Раз «кроме», значит, что-то не так с твоим мотивом. Но я согласен, мотив – месть. А еще деньги. – Может, расскажешь? – Рано. Я пока сам не до конца понял как. |