Книга Ситцев капкан, страница 89 – Алексей Небоходов

Пока он говорил, к ним подошёл крепкий мужчина в штатском, с лицом из тех, что не улыбаются без нужды. Он посмотрел на Григория долгим взглядом и кивнул, словно что-то для себя решил.

– Вы здесь работаете? – спросил он, не представляясь.

– Помогаю по административной части, – сказал Григорий.

– Имя?

– Григорий.

– Фамилия?

– Иванов. Я здесь по семейной линии.

– Пройдёмте, – сказал он.

В задней комнате салона пахло не кровью, а влажной бумагой, старым кофе и лёгким духом паники. Тут уже работал второй детектив – моложе; по глазам было видно, что он воспринимает всё как упражнение: взгляд метался по деталям, по рукам, по лицу собеседника, будто снимал каждый момент на камеру внутренней памяти.

Они усадили Григория на неудобный пластиковый стул; второй детектив принёс воды, а первый сразу перешёл к делу:

– Вы знали Клару Ильиничну?

– Конечно. Мы работали вместе.

– Когда вы в последний раз её видели?

– Вчера вечером. Она уходила из салона с Еленой Николаевной.

– О чём вы с ней говорили?

– О документах, – сказал Григорий. По лицу первого детектива пробежала тень интереса. – Сверяли отчёты за квартал.

– Были ли у неё с кем-то конфликты?

– У Клары? –Григорий сделал вид, что раздумывает. – Она человек строгий, могла конфликтовать с кем угодно. В основном с поставщиками, иногда с Лизой, порой с Маргаритой, – врал он. – До угроз не доходило – по крайней мере, я не слышал. Честно говоря, я её почти не знал: она была в отпуске, когда я начал здесь работать.

– А дома? – спросил второй. – Были у неё родственники?

– Насколько знаю, жила одна. Семья давно в Москве.

Детективы переглянулись.

– А с Еленой Николаевной у неё были личные разногласия?

– Иногда спорили, но только по работе, – сказал Григорий, нарочно сбавляя темп: так показания звучат достовернее.

– Где вы были вчера ночью, после закрытия салона?

– Дома, с остальными. Можете спросить у них.

Они ещё минуту задавали вопросы – кто заходил вечером в офис, с кем Клара говорила по телефону, что могло вызвать её беспокойство накануне. Григорий отвечал ровно, без лишних оговорок и без эмоций – так у полиции меньше поводов цепляться.

В какой-то момент первый детектив отложил блокнот, скрестил руки на груди и посмотрел на Григория так, будто вызывал на дуэль.

– Вы быстро адаптировались, Григорий. Для провинции – редкость.

– Я здесь не по своей воле, – пожал плечами он. – И ничего не хочу, кроме спокойной жизни.

– А у вас она бывает спокойной? – усмехнулся второй.

– Не здесь, – сказал он. – В Ситцеве все всегда оказываются в центре чего-то.

Они записали это и велели подождать за дверью. Когда он вышел в зал, там было уже пусто: уборщица сидела на стуле, обхватив голову руками, а в углу шептались две ассистентки, пересказывая новости из соседних магазинов.

Он на минуту задумался и вдруг почувствовал, как по телу разливается облегчение: не из-за смерти Клары, а потому, что в игре появились новые правила. Он уже не был чужаком: стал частью этой истории – не как заложник, а как свидетель.

В дальнем конце коридора стояла Елена: не подходила ближе, наблюдала, как сквозь стекло аквариума. Лицо было неподвижным; только губы чуть дрогнули, когда их взгляды пересеклись. Она смотрела так, как смотрят на человека, который сделал единственно возможный ход и теперь сам ждёт, что будет дальше.