Книга Ситцев капкан, страница 62 – Алексей Небоходов

Утром следующего дня в городском телеграм-канале всплыла нарезка из полутора десятков версий той же фотографии: на одной Софья с крыльями ангела, на другой – с рогами и хвостиком, а на третьей её лицо прятал баннер «18+». Школьные учителя, безнадёжно запаздывая с реакцией, пытались удалять посты и отчитывать классных руководителей, но дети пользовались Tor-браузеромлучше завуча.

Кто-то в комментариях припомнил, как ещё пару лет назад Петрова выиграла городской конкурс чтецов; якобы тогда на ней был такой же комплект – «узнаю фирменный стиль», – язвил бывший одноклассник. А железная леди Маргарита тем временем уже обзванивала знакомых в мэрии и требовала «принять меры против клеветы в адрес её семьи».

Впрочем, в семье новость о всеобщем «позоре» встретили с философским равнодушием. Лиза, листая мемы, хохотала до слёз, а Софья сперва пыталась не смотреть, потом сдалась: разом пролистала все комментарии к собственному полёту и даже поставила лайк самым изощрённым. Во время семейного ужина никто не проронил ни слова – молчание посчитали единственной формой солидарности.

Удивительно, но к ночи даже самые едкие комментаторы притихли: интернет, насытившись тёмным хлебом чёрного юмора, потерял интерес. Поэтому, когда на следующий день в городском паблике появилась новость о том, что злосчастная «Нива», сбившая Софью, найдена в лесопосадке, никто особенно не удивился.

Оказалось, «Ниву» отыскали почти сразу: заметили в нескольких километрах от города – на просёлочной дороге вдоль лесополосы, где месяц назад повесился охотник; теперь и это место вошло в местную криминальную хронику. Автомобиль стоял неровно, колесо в канаве, капот смят, на стекле – пятна, которые издалека походили на кровь или, на худой конец, на кетчуп. Разумеется, никто из водителей не задержался, чтобы выяснять подробности: в Ситцеве со времён Союза действует железное правило – увидел странное, делай вид, что не заметил. Поэтому только к полудню следующего дня машину кто-то сфотографировал, переслал участковому, а тот вызвал экипаж.

Когда полицейские добрались до машины, первым делом выяснили, что всё ценное исчезло – разве что магнитола; и та примотана изолентой, будто хозяин в последний момент спохватился о её безопасности. В бардачке – смятый чек из «Пятёрочки» и пачка жвачки со вкусом лесных ягод. Следов алкоголя – никаких, если не считать пары пустых бутылок под сиденьем. Ключ брошен прямо на коврик, рядом с дешёвой зажигалкой. В салоне пахло так, словно здесь ночевал бездомный кот, хотя всё указывало: после аварии в машине никто не задерживался – виновник бежал пешком, оставив двери распахнутыми, как в кино о плохих парнях.

Проверили номер – и выяснили: «Нива»угнана у местного жителя Петра Николаевича Шкабарина, живущего на окраине.

Шкабарина вызвали в участок сразу. Он явился немедленно – в резиновых сапогах, с лицом человека, не спавшего двое суток. Обругал неизвестного угонщика всеми словами, что помнил со службы, и с трудом поверил, что его машину использовали для наезда на дочь уважаемого человека. Участковый, поглаживая живот, долго допытывался, есть ли у Петра Николаевича враги или хотя бы завистники, но тот лишь бурчал и мотал головой: судя по всему, его больше всего заботило, как выправить вмятины и не отдать за ремонт половину пенсии.